Главная  Директору  Статьи директору

Формула повышения

Печатать

Блогеру

Переслать

В избранное

Государство в очередной раз увеличило налоговую нагрузку на бизнес, хотя обещало ее снизить

Похоже, в регулировании налоговой нагрузки на бизнес российская власть решила взять на вооружение старую формулу советского алкоголика. После получения зарплаты он приходил домой и говорил, что деньги пропил, а когда жена начинала ругаться, добавлял, что пропала только половина получки. Таким образом, жена оставалась довольна, потому что вторая половина цела. Так и власти: сначала заменили ЕСН страховыми взносами и подняли ставку с 26 до 34%, а потом заявили о ее снижении до 30% (для зарплат, не превышающих пороговые значения в 512 тыс. руб. в 2012 году и 567 тыс. — в 2013-м).

Однако радоваться, как та самая жена, рано. На деле простые расчеты показывают, что налоговая нагрузка на зарплаты не только не снизится (а именно снижение обещал президент), но и возрастет. И это в ситуации, когда глава государства заявляет о необходимости ослабления налогового бремени, а министр финансов рапортует об улучшении состояния бюджета благодаря высоким ценам на нефть. До реформы ЕСН с каждой зарплаты сотрудника работодатель платил 26% до тех пор, пока накопленная с начала года сумма зарплаты не достигала 415 тыс. руб. Все, что свыше этой суммы, единым социальным налогом не облагалось. В 2011 году ставку подняли до 34%, при этом до 463 тыс. руб. была повышена общая сумма зарплаты, с которой уплачиваются взносы. Таким образом, всего за год максимальная сумма взносов на одного сотрудника увеличилась на 46% — со 107 тыс. руб. в 2010 году до 157 тыс. в 2011-м.

Но даже этого показалось мало. С 2012 года вводится дополнительная ставка для зарплат, превышающих пороговые значения. По ней будет облагаться сумма превышения над порогом: для крупного и среднего бизнеса — 10%, для малого — 7%. Получается, что компании, выплачивающие высокую белую зарплату, должны помочь бюджету справиться со снижением нагрузки для остальных. При этом высокой предлагается считать зарплату, превышающую 50 тыс. руб. В Москве, где средняя зарплата уже составляет около 45 тыс., среднее предприятие с высококвалифицированным персоналом в 100–500 человек заплатит налогов на 20–30% больше, чем в 2011 году. В первую очередь пострадает интеллектуальный бизнес, в котором доля издержек на зарплаты высока. Чем более компания высокотехнологична, тем больше в ней квалифицированного персонала и тем выше окажется для нее рост налогообложения.

Проводя популистскую политику, власти в очередной раз показали, что ориентируются не на средний класс, а на маргинальные слои населения, малоимущих и пенсионеров. О популизме свидетельствует даже сама схема налогообложения в нашей стране: примерно 80% налогов выплачивается юридическими лицами и лишь 20% — физическими. В экономически развитых странах наоборот: компании платят лишь 20–30% налогов. На Западе человек получает деньги и потом сам платит налоги. Он видит, сколько ему было начислено и сколько он заплатил налогов. В США, например, даже в магазинах при покупке в чеке пробивается сумма, которую составил местный налог. Благодаря такой схеме увеличение бюджетных расходов человек сразу четко ощущает на себе через рост налогов. Поэтому его гражданская позиция имеет ясную экономическую составляющую: голосуя за увеличение госзатрат, я готов расстаться еще, например, с двумя сотнями долларов.

В России же среднестатистический наемный работник понятия не имеет, сколько денег у него отобрали в виде налогов. Например, инженер в какой-нибудь сырьевой компании в Сургуте зарабатывает 100 тыс. рублей. В лучшем случае он слышал про «очень низкий» подоходный налог в 13%, так как на руки получает 87 тыс. Однако чтобы выдать инженеру эти деньги, работодатель должен заплатить еще 34% страховых взносов, а со следующего года — 30% страховых взносов и 10% с накопленной суммы, превышающей 512 тыс. рублей. И это не считая других налогов, которые платит предприятие (НДС, налог на прибыль и др.). Но обычный человек этого не видит и ругает работодателя за то, что тот не повышает зарплату. А «мудрая» власть все увеличивает госрасходы и неуклонно повышает зарплаты бесчисленным бюджетникам, все больше денег отбирая у самых работящих. Справедливости ради надо отметить, что государство стало хитрее: если раньше налоги повышали прямо, то сейчас на примере страховых взносов мы видим, что увеличение маскируется якобы снижением налоговой нагрузки.

В любой стране налоги составляют примерно 80% государственных доходов. И в западной системе налогообложения заложен глубокий смысл: граждане относятся к налогам более осмысленно, так как сами их платят. Любой призыв к увеличению госрасходов немедленно проецируется на себя: сколько новых налогов с меня соберут. Любое увеличение государственных расходов — это усиление налогового бремени. Других источников доходов у государства почти нет.

В России давно назрела необходимость изменить акценты в налогообложении с юридических лиц на физических, но чиновники в этом не заинтересованы. Государство по-прежнему изымает у бизнеса огромные суммы, и это остается за кадром. Такой порядок удобен для бесконтрольного госаппарата, чтобы граждане не видели, сколько денег у них реально изымается через налоги, и не требовали отчета в том, как эти средства расходуются.

Государственная пропаганда охотно говорит об ответственности бизнеса за обеспечение достойных доходов граждан. При этом о перераспределении налогового бремени как-то стыдливо молчат. Конфликт объективен: для бизнеса налоги всегда высоки. Чем меньше, тем лучше. Позиция государства противоположна. Однако налоги невозможно повышать до бесконечности, поэтому необходимо проводить налоговую реформу. Сближение позиций бизнеса и государства необходимо для стабилизации развития страны. Но этого можно достичь только при активных действиях бизнеса. Чем серьезнее настрой бизнеса и проводимые им акции, тем больше шансов на сближение с государством по этим вопросам. Нужно ограничивать бесконечные траты государством денег налогоплательщиков!

Снижение налогов оставит в распоряжении компаний больше средств для инвестиций: безусловно, они могут более эффективно распорядиться своими деньгами, чем государство. Однако преобразования надо начинать с сокращения расходов бюджета, а не с увеличения его доходов. Власти должны отказаться от популистских лозунгов и проводить реальные реформы — прежде всего в пенсионной сфере.