Клерк.Ру

Все на дно, или пять шагов для спасения Отечества

Владимир Кашин, д.э.н., государственный советник налоговой службы II ранга. Фото из личного архива В. Кашина

Сейчас ситуация складывается для России сверхкритическая. Россию официально признали международным агрессором; основополагающая норма международного права – право народов на самоопределение – объявлена недействительной для русского народа; против сотен российских граждан и компаний ввели беспрецедентные санкции; от руководства России требуют отказаться от защиты жизней наших бывших сограждан, оказавшихся вне России против своего желания.

И, самое главное, у России в мире сейчас нет ни одного серьезного союзника. Такого в многовековой истории страны не было со времен татаро-монгольского ига. И в этом смысле мы опасно близки к последней военно-политической катастрофе, конфликт с Украиной – это широкий шаг к краю пропасти.

Что есть кризис?

То, что наше правительство говорит о кризисе, это – правда. Кризиса у нас нет и быть не может. Где тут к нам может просочиться какой-то чужой кризис, если  мы продаем только сырье, а покупаем готовую продукцию? Упали цены на наше сырье, мы стали покупать меньше готовой продукции. В чем тут кризис? Надо просто упасть на дно и подождать: санкции пройдут, опять для нас засияет солнце, пойдут в рост, заколосятся наши нефтедоллары, и у нас опять будет все хорошо. Блажен, кто верует, конечно.

Ну, кризис, действительно, возможен только в стране, где есть своя производительная экономика. Вот в ней как раз может быть много причин для кризиса. Но не у нас. Мы со своим производством покончили, поэтому у нас нет проблем ни с качеством, ни с количеством произведенной продукции, ни с ее конкурентоспособностью.

И все это – плюсы, а минус только один – без собственной производительной экономики любые санкции для нас – меч к горлу. А если так, то нам все же придется эту производительную экономику как-то воссоздавать.

Кто этим будет заниматься? Государство? Государство хорошо для разовых «эпохальных» проектов: создать атомную бомбу, возвести ракетный «щит Родины», провести Олимпиаду, построить тоннель на Сахалин или сразу на Аляску.

А производить разные товары для капризных современных рынков должны люди, частные предприниматели. Но они будут этим заниматься, если увидят, что они могут на этом заработать, что никто не будет их бить по рукам, и что никто не покусится отнять у них созданный их усилиями собственный бизнес. И для этого государство должно создать все необходимые условия - избавить предпринимателя от неотступной «заботы» и всеохватывающей «опеки» госчиновничьего аппарата, которые сводятся к традиционной формуле: «отнять-разорить-посадить».

И если мы решим это делать, то для дискуссий сейчас времени уже нет. Чтобы вывести Россию из опаснейшей ситуации, нужно принять самые решительные и безотлагательные меры.

Пять шагов для спасения Отечества

Шаг первый. Совместным решением обеих палат Федерального Собрания принять политическое решение – отложить выборы президента РФ до полного и безоговорочного снятия всех санкций с России и ее руководства.

Шаг второй.  Покончить с коррупцией, угрожающей самому существованию российского государства.

Шаг третий. Радикально снизить налоговое бремя для всякой производительной экономической деятельности.

Шаг четвертый. Перейти к настоящим деньгам, отменить все их государственные и негосударственные суррогаты.

Шаг пятый. Сформировать и ввести в действие Национальную платежно-расчетную систему (НПС) – полностью принадлежащую государству и контролируемую государством, без какого-либо участия банков и без права ее операторов вовлекаться в биржевые и иные игры с денежными средствами населения и государства.

Обоснование первой меры очень простое: по общим нормам права (объединенным в концепции «прав человека») никто не может быть наказан без обвинения, предъявленного в суде и рассмотренного при участии адвоката. А санкции, тем более – «международные», т.е., действующие в разных странах мира – есть наказание, примененное без суда. В мире сейчас нет вообще никакой правовой базы для предъявления обвинений чиновникам и правителям какой-либо страны за ее пределами, кроме как в отношении так называемых «преступлений против человечности» - состав которых четко ограничен и не допускает какого-либо их расширительного толкования.

Вторая мера также вполне понятна: при коррупции любое действие правительства искажается в пользу коррупционеров и не может дать ожидаемого эффекта. Решение этой проблемы – чисто технического характера: не надо никого ни сажать, ни расстреливать, достаточно обеспечить, чтобы коррупционная деятельность не приносила выгоды. Для этого нужно ввести безусловную конфискацию всех доходов от коррупционной деятельности, установив примерно следующий порядок. Выявляется факт коррупционной деятельности и на этом основании решением суда данное лицо отстраняется от должности, а все его активы арестовываются (замораживаются). Далее ведется следственная деятельность, в ходе которой определяется примерный период коррупционной деятельности должностного лица и примерные размеры полученных им взяток. После получения этих данных наступает момент для досудебного соглашения: если данное лицо согласно с собранными материалами и готово вернуть государству полную сумму выявленных взяток, то дело в суд не передается, а санкции к данному лицу ограничиваются запретом быть принятым на государственную службу и занимать ответственные должности в муниципальном управлении и в частном бизнесе (навечно или на определенный срок – в зависимости от серьезности совершенных деяний).

Если данное лицо с предъявленными обвинениями не согласно или не готово вернуть государству все суммы полученных им взяток, то следствие начинает собирать доказательственную базу для передачи дела в суд. В этом случае возможное наказание включает конфискацию всех сумм взяток, плюс компенсацию следственных и судебных расходов, плюс штрафные санкции, плюс тюремное заключение, срок которого в решающей степени зависит от того, погасило ли данное лицо все предъявленные суммы материальных компенсаций. Быстрая и полная выплата всех вышеперечисленных сумм гарантирует минимальный срок заключения или даже замену его условным сроком. В период проведения следствия ведется не просто сбор фактов и документов, но и выявление всех активов обвиняемого лица. Если оказывается, что сумма замороженных по первому решению суда активов данного лица недостаточна для компенсации предполагаемых материальных санкций против этого лица, то принимаются меры к выявлению всех переводов (передач) активов, денежных средств данным лицом в пользу других лиц (как связанных, так и не связанных с ним родственными отношениями) и к наложению арестов в отношении всех этих активов или денежных сумм – до выведения общей суммы арестованного имущества на необходимый уровень.

Важным условием является также запрет использования (размораживания) этих средств для целей защиты (оплаты услуг адвокатов, и т.д.). Если никакие другие лица не наймут обвиняемому адвокатов за счет своих средств, то суд назначит ему бесплатного защитника. Конечная цель всей этой деятельности – конфисковать имущество и активы коррупционеров и исключить их дальнейшее возвращение к какой-либо активной деятельности как на государственной службе, так в частном бизнесе.

И этого будет вполне достаточно. Тем более, что ничего нового в этом нет. Примерно так борются с коррупцией во всех развитых странах и в результате ни в одном из них (кроме, может быть, Италии) коррупция никогда не достигала уровня, угрожающего самому существованию государства – как это имеет место сейчас в РФ.  А у нас для начала надо просто прекратить смешивать в статистической отчетности взятки учителей, докторов и гаишников с коррупцией государственных должностных лиц.

Теперь вопрос с налогами. Здесь также все очевидно: при нынешней налоговой системе заниматься производительной экономической деятельностью бессмысленно, в равной степени, и для государства, и для частных собственников. Можно решить все проблемы и с судами, и с коррупцией, и со стоимостью кредитов, но пока налоги в данной стране «съедают» вложенный в производство капитал, развития капиталистических, или иных частно-собственнических отношений быть не может. При этом речь идет именно о производстве – и вывоз сырья, и торговля, и финансово-посредническая деятельность – могут существовать и даже процветать фактически при любых налогах.

Поэтому налоговое бремя для реального сектора экономики должно быть немедленно снижено до уровня Мексики или Китая – иначе и не надо совсем говорить о каком-либо экономическом развитии (или даже просто о выходе из кризиса, который как раз и состоит в том, что государство своими налогами не дает реализовываться никакой полезной экономической деятельности).

Не надо искать какого-то особого выхода России из кризиса, ключ к нему давно лежит на столе министра финансов.

Какие это конкретно меры?

Для начала надо завершить, наконец, налоговый «маневр», начатый еще в далеком 1992 году. Тогда был введен новый налог – НДС, сроком на полгода, и с тем, чтобы затем заменить его прогрессивным подоходным налогом. Затем такую замену решили «замять». И что же получилось? Новый налог быстро «выгреб» у предприятий львиную долю оборотных средств, которыми ранее их снабдило советское государство. Остальную часть добрали новые «эффективные собственники»-приватизаторы. И все крупные и средние предприятия одномоментно встали: нет денег ни на оплату сырья и материалов, ни на выплату заработной платы. А банки требуют немыслимые проценты.

Отсюда и идет вечная мантра, что надо де обязательно снижать процентные ставки, иначе предприятия «не смогут развиваться». Но коммерческие банки и в принципе не могут «финансировать развитие», у них просто нет для этого пассивов требуемой повышенной длительности. А оборотные средства у предприятий были, просто не надо было их отнимать и разворовывать.

А сейчас давайте завершим этот незаконченный «маневр». НДС пусть остается – но по ставке не более 10%, и с отменой всех действующих льгот и исключений. Тогда поступления от этого «урезанного» НДС даже возрастут против нынешних – с учетом, что одновременно будут отменены и возмещения налога для экспортеров углеводородов и сырьевых материалов.

А если одновременно будет введено и полноценное («сплошное») налогообложение доходов (вместо нынешнего НДФЛ, который по факту представляет собой всего лишь форму обложения фонда заработной платы предприятий), то ожидаемые поступления государства от такого налогообложения, даже при самой скромной прогрессии, не превышающей 30 % для самых высоких доходов, превысят сборы нынешнего НДФЛ не менее, чем в 2 раза.

Далее, в налоге на прибыль следует восстановить контроль за использованием амортизационных фондов и ввести льготы в виде настоящего «налогового крЕдита», и тогда инвестиции на развитие производительной деятельности предприятий возобновятся автоматически, без всяких призывов и увещеваний со стороны государственной власти.

Что же касается пополнения региональных и местных бюджетов, то им следует дать право введения налога с продаж – по ставкам до 3%, и с применением современных средств контроля за уплатой этого налога, которые развевают миф о якобы особой «затруднительности» администрирования этого налога.

И надо также немедленно ввести налог на недвижимое имущество граждан и предприятий - в самой простой форме, не требующей постоянных дорогостоящих переоценок имущества «по последней рыночной стоимости» и не нуждающейся в особом налоговом контроле – со ставками налога в расчете на метр помещений и на сотку земельной собственности.

Прежние ученые школы классической политэкономии хорошо знали, что при должном усмирении налоговой алчности правящей власти государства (при модели «лассе-фэр») частный бизнес вполне успешно может развиваться по модели самофинансирования, только за счет собственных источников – за счет средств накопленной амортизации и реинвестируемых  прибылей. Генри Форд создал совершенно новую отрасль экономики, вообще не обращаясь к банкам, сейчас то же самое сделал Билл Гейтс.

Шаг четвертый – по возвращению в оборот настоящих денег – реализовать еще проще. Главное – надо понять, что это – неизбежно, без этого нельзя обеспечить стабильное развитие экономики, и принять принципиальное решение – прекратить, наконец, всякие игры «в деньги», вернуться к деньгам как единой, всеобщей, стандартной мере стоимости.  И, действительно, совсем недавно так и было. Вплоть до 1971 года такая единая негосударственная мера стоимости в мире была, это – приравненный к золоту доллар США (один доллар – примерно один грамм золота), и любая из стран могла или установить для своей валюты такой же золотой паритет - или просто присоединиться к доллару (по модели каренси борд).

И сейчас, если не искать каких-то левых способов извлечения государством побочных доходов, в обход вотируемых парламентами, то легко обеспечить и нулевую инфляцию, и естественную стабильность обменных курсов валют - обычными и давно известными средствами регулирования денежного обращения. Этими обычными средствами в разные времена обеспечивали стабильность денежного обращения (и применяемой меры стоимости) власти США, Великобритании, Германии, Японии, Швейцарии, сейчас – Китая и других стран. Никаких валютных союзов заключать для этого не нужно – достаточно, чтобы каждое государство так же ответственно относилось к поддержанию денежной единицы как неизменной меры стоимости, как это сейчас имеет место, например, в отношении метра или литра.

Но если наши центробанкиры опять заявят, что это «очень сложно» и «у нас это не получится», то есть очень легкий способ решить эту задачу. Надо просто установить твердый и постоянный курс 1 рубль = 1 доллар США и тогда нашему Центробанку вообще ничего делать не придется. Но как же тогда без Центробанка, кто и как будет поддерживать этот «твердый курс»? Ответ опять же очень простой: никто и никак. Ведь цены автоматически станут американскими, и если у них сейчас инфляция меньше 1 % в год, то такой же она будет и у нас. Но, предположим, какой-то российский магазин вдруг решит продавать джинсы по 15 рублей, тогда, как в США их цена – 10 долларов. В этом случае люди будут просто покупать джинсы по Интернету из США за 10 долларов (плюс 1 доллар – пересылка), и наш торговец либо закроет свой магазин, либо вернется к цене за джинсы не выше 11 рублей.

И также заметим, что все эти напыщенные заявления властей ЕС (и наших доморощенных «экспертов») о достигнутом «большом успехе» в связи с введением общеевропейского евро (а нам предлагают так же бороться за продвижение «на мировую арену» и нашего рубля) ровно ничего не стоят. В Европе – которая долго именно и составляла весь «цивилизованный мир» - случаев применения единой валюты было немало: это и талер Марии-Терезии, и франк Наполеона, и рейсмарка Третьего рейха. И никаких особых экономических знаний или какого-то особого финансового искусства от государства и государственных деятелей для этого вовсе не требовалось. Материальный и независимый от государственных властей стандарт меры стоимости – необходимое условие любой – рыночной или нерыночной – экономики, и мы сейчас видим все необходимые доказательства этой истины.

И, наконец, шаг пятый – переход к НПС.

Для этого вначале в НПС должны быть сконцентрированы все расчеты между населением и государством: уплата налогов, выплата пенсий и пособий, взыскание штрафов, выплаты по решениям судов, и т.д. Затем в НПС будут переведены выплаты заработной платы работникам бюджетных учреждений и госкорпораций. И далее эта система будет открыта для пользования любыми физическими и юридическими лицами – но при условии их отказа от права на анонимность, т.е., с обязательной идентификацией личности для всякого участника НПС: для физических лиц – паспортные данные и отпечатки пальцев, для юридических лица – полный состав их конечных собственников – физических лиц.

Кроме того, резко ограничивается обращение наличных денег – например, путем введения лимита на оплату сделок наличными деньгами (как это уже введено во всех развитых странах мира), или через введение особого налога на наличный денежный оборот (скажем, по ставке в 0,5 % со всех сумм наличных денег, вносимых на банковские счета граждан и предприятий).

В конечном счете, посредством применения такой НПС решаются сразу все основные проблемы России: сразу станет понятно и очевидно, что коррупционеры,  мошенники и преступники, это - только среди тех, кто имеет денежные поступления вне каналов НПС, неплательщики налогов – те, кто ведут свои обороты наличными деньгами или иными средствами, но без использования НПС. А потом, кстати, с помощью технических средств НПС возможно будет проводить также и любые выборы (и просто опросы граждан) во власти любого уровня – максимально быстро, дешево и с полной гарантией против любых нарушений и махинаций.

И, подчеркнем, что для всего этого никаких новых «программ» или «стратегий» разрабатывать и писать совсем не надо, все меры можно реализовать буквально в течение одного месяца – и можно уже будет посмотреть на результаты.

И, самое главное, никакие санкции тут нам не помеха, более того, мы увидим, что экономика может развиваться без нефти и без финансовых наркотиков в виде «ослабления» рубля» или манипулирования учетной ставкой.

Все эти шаги-меры давно известны и успешно реализовывались во многих странах мира. Нет оснований сомневаться в том, что они доступны и для реализации в России.

И тогда ситуация в России – и вокруг России – станет совсем другой. Но – нужна воля к действию. Воля - и желание  действовать целенаправленно и эффективно. А не ждать пассивно роста цены на нефть, и не твердить постоянно: «Вот мы уже близко ко дну, вот мы уже совсем на дне, вот уже все скоро должно пойти в другую сторону».

Нет, не пойдет! Всем это уже должно быть ясно. А если мы сами это уже поняли, то надо потребовать от верхов, чтобы они вышли, наконец, из спячки. Власть на то и власть, чтобы действовать. А поддержка народа – будет, ведь так?

Кашин Владимир

д.э.н., государственный советник налоговой службы II ранга