Клерк.Ру

Беспорядочное изъятие

Иван Соловьев, д.ю.н., профессор, заслуженный юрист РФ

В данной статье хотелось бы коснуться вопроса, когда приветствующиеся у нас попытки облегчить жизнь определенной категории наших граждан приводят к проблемам в годами сложившейся тонкой настройке правоотношений в той или иной области. И такие попытки напоминают слона, разгуливающего в посудной лавке в потугах хоть чем-нибудь да помочь - ладно бы простым гражданам, нет – отдельной и очевидно самой нужной нашей части населения, занимающейся предпринимательской деятельностью.

Итак, о чем речь.

1. В настоящее время уголовно-процессуальный кодекс предоставляет следователям и дознавателям возможность самостоятельно принимать решение о передаче на хранение больших партий изъятой продукции и товаров любым юридическим и физическим лицам. Проектом же Федерального закона № 391683-6 «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – проект) такой порядок предлагается определять актом Правительства РФ.

В то же время действующей редакцией подпункта «а» пункта 1 части второй статьи 82 УПК определено, что такие вещественные доказательства хранятся в месте, указанном дознавателем, следователем. В этой связи предлагаемое дополнение пункта 1 части второй статьи 82 УПК неизбежно повлечет конкуренцию указанных норм и создаст проблемы в правоприменительной практике.

2. Также проектом предусматривается, что при рассмотрении ходатайства о производстве следственных действий, касающихся реализации или уничтожения вещественных доказательств в судебном заседании вправе также участвовать подозреваемый, обвиняемый, их защитники и (или) законные представители, собственники, а также некие владельцы вещественных доказательств. Указанные лица должны быть извещены о месте, дате и времени судебного заседания не менее чем за 5 суток до его начала».

Однако следует отметить, что УПК не содержит понятия «собственники вещественных доказательств». Кроме того, в пояснительной записке к законопроекту отсутствует обоснование необходимости установления предлагаемого срока извещения «не менее чем за 5 суток до начала судебного заседания».

3. Проектом предлагается также  изложить в новой редакции пункт 17 части 1 статьи 13 Федерального закона «О полиции», которая предусматривает исключение права полиции уничтожать в порядке, установленном Правительством Российской Федерации (Постановление Правительства Российской Федерации от 27 декабря 2012 года № 1424), изъятые у граждан и должностных лиц документы, имеющие признаки подделки, а также вещи, изъятые из гражданского оборота или ограниченно оборотоспособные, находящиеся у них без специального разрешения.

Следует отметить, что действующая норма не распространяется на вещественные доказательства, полученные в рамках производства по уголовным делам или делам об административных правонарушениях. При этом законопроектом не предусмотрено внесение соответствующих изменений в законодательство Российской Федерации по наделению иного органа исполнительной власти полномочиями по уничтожению подобного рода документов и вещей, а в пояснительной записке не приведены обоснование указанного изменения, а также данные правоприменительной практики, свидетельствующие о его необходимости.

4. Еще одна нестыковка связана с тем, что проектом предлагается внести изменения в Федеральный закон «О полиции» и Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности», в соответствии с которыми при проведении оперативно-разыскных мероприятий изъятие документов, сообщений, отдельных образцов сырья, материалов, продукции и товаров будет правомерно лишь в случае, когда эти объекты будут использованы только для проведения исследований или экспертиз.

Принятие указанных изменений приведет к возникновению препятствий при реализации полицией своей основной обязанности по выявлению, предупреждению, пресечению и раскрытию преступлений:

  • станет неправомерным изъятие любых предметов, используемых при совершении преступлений и не изъятых из гражданского оборота, в том числе денежных средств, использованных в ходе совершения преступлений коррупционной направленности;
  • оставление у владельцев некоторых материалов, продукции и товаров может повлечь совершение других преступлений, в том числе причинить вред жизни и здоровью граждан в случае, если продукция и товары входят в перечень продовольственных товаров или относятся к алкогольной продукции, имеющей признаки незаконного изготовления;
  • сотрудники оперативных подразделений субъектами уголовного судопроизводства не являются и, соответственно, принятие решения о планируемом проведении судебных экспертиз выходит за пределы их полномочий.

В заключении хотелось бы отметить, что сегодня нормы процессуального права надежно защищают права лиц в уголовном процессе, в том числе в части правоотношений, связанных с оборотом, хранением вещественных доказательств. И уж коль основным лейтмотивом предлагаемых изменений заявляются необходимость соблюдения нерушимых принципов права собственности на имущество и его судебная защита как конституционного права, не лучше ли было бы подумать о том, как защитить права одной из самых бесправных наших процессуальных категорий, а именно потерпевших.

Иван Соловьев

д.ю.н., профессор, заслуженный юрист РФ