Мобильный долг

Несколько дней назад Рунет оживленно обсуждал очередную инициативу Федеральной службы судебных приставов (ФССП). Сотрудники этого органа намерены отныне взыскивать долги за счет средств, находящихся на счетах мобильной связи должников – организаций и физических лиц. Законность этой процедуры корреспондент ИА «Клерк.Ру» Лев Мишкин выяснил у Артема Гальченко,  юрисконсульта ООО «Аудит  новые технологии».

Артем, как вы думаете, с чем связана столь странная инициатива Федеральной службы судебных приставов?

По-видимому, вступление в силу нового закона «Об исполнительном производстве» настолько воодушевило исполнителей судебных актов, что они посчитали его за некий карт-бланш. Иначе и объяснить нельзя желание ФССП выполнять свои функции подобным образом. Как сообщают новостные агентства, идея пришла в голову приставам, которые трудятся в Нижегородской области. Соответствующий договор они заключили с одним из операторов мобильной связи. По мнению приставов, такое право им предоставляет федеральный закон «Об исполнительном производстве».

Это на самом деле так?

Приставы, безусловно, немного напутали. Начнем с того, что в упомянутом законе нет ни слова о возможности погашать долги, обращая взыскание на средства, находящиеся на счетах мобильной связи должников. Закон позволяет взыскивать средства, находящиеся на банковских счетах – это связано с тем, что по договору банковского счета у банка всегда имеется обязанность выдать клиенту денежные средства в сумме, зачисленной на счет.

В то же время, такой обязанности у оператора мобильной связи нет. Счета мобильной связи представляют собой лишь внутренние лицевые счета оператора связи, как способ учета поступивших от абонентов платежей за оказание услуг. Тем не менее, учет этих средств не влечет права абонента в любой момент требовать их возврата. Внесение денежных средств в кассу оператора мобильной связи влечет переход права собственности на них от абонента к оператору, и возникновение у оператора обязанности оказать услуги связи на внесенную сумму. Это становится вполне ясным, если обратиться к статье 223 Гражданского кодекса РФ, пункт 1 которой гласит: право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором. Статья 128 Гражданского кодекса РФ указывает, что деньги являются одним из видов вещей. Таким образом, поскольку в обмен на оказание услуг связи по договору абонент обязан передать оператору в собственность деньги (оплатить услуги связи), то право собственности оператора на них возникает с момента их получения им самим или его агентом.

И что же получается?

Складывается следующая ситуация: оператор получил деньги от абонента в собственность, пристав требует их отдать в счет погашения долга абонента, и если оператор настолько наивен, что отдает их приставам, то он остается без денег, но с обязанностью оказать абоненту услуги связи – на изъятую приставами сумму. Иными словами, оператор заплатит долг за своего абонента, а потом еще и предоставит ему услуги связи.

А если оператор откажется от предоставления услуги? Ведь денег на счете абонента уже не будет!

Если оператор попытается отказаться от оказания услуг, мотивируя это отсутствием денег на счете абонента, то последний весьма справедливо может заметить оператору, что ему нет дела до того, как оператор учитывает поступившие ему платежи - на счете, в кубышке или еще как-то, так как квитанция об оплате услуг связи у абонента имеется.

Такая филантропия вряд ли покажется привлекательной большинству операторов, по крайней мере, тем из них, которые пользуются услугами мало-мальски сведущих в гражданском праве юристов.

Доводя эту идею до абсурда, можно было бы предложить отбирать у магазинов деньги, полученные ими в оплату товаров, на том основании, что у покупателя имеется неоплаченный долг. 

В связи с этим, вряд ли новинка Нижегородского Управления ФССП приживется в практике исполнения судебных решений – разве что приставам удастся подкорректировать фундаментальные основы института права собственности.