Клерк.Ру

Есть ли жизнь после банкротства «мамы»?

Статус «дочки» формально оберегает банки от ухода с рынка в случае банкротства материнской организации. А фактически - все зависит от успешности «дочки» и степени ее финансовой зависимости от «матери».

Сейчас иностранные банки имеют право осуществлять деятельность на территории России только через дочерние структуры. Таким образом, регулятор может контролировать долю иностранного капитала в российской банковской системе, устанавливать единые требования для всех участников рынка. И, что особенно важно в условиях кризиса, это дает возможность сохранить кредитную организацию в случае банкротства головного банка, то есть защитить интересы кредиторов от внешних рисков. Тем не менее влияние материнских банков на «дочки» сегодня очень велико. Поэтому, возможно, регулятору придется в случае ухудшения ситуации на глобальных рынках оградить подопечных от пагубного влияния их «мам» введением специальных требований.

Рецидивы уже зафиксированы

В начале 2012 года CSFI (Centre for the Study of Financial Innovation) совместно с PricewaterhouseCoopers провел ежегодное исследование Banking Banana Skins, в котором приняли участие более 700 банкиров, представителей регулирующих органов, аналитиков и экспертов банковской отрасли из 58 стран мира. Опрос показал, что обеспокоенность перспективами деятельности банков находится на самом высоком уровне за последние 13 лет, в течение которых проводится исследование. Многие респонденты считают, что в будущем нас ожидают новые банкротства и национализация отдельных банков.

По мнению партнера PwC в России Джеффри Николсона, 2012 год станет трудным для европейских банков по двум причинам. «Во-первых, из-за проблем в еврозоне и осложнений с погашением государственного долга в южноевропейских странах - осложнений, отразившихся на прочих долговых обязательствах. Это означает, что должно произойти изменение структуры капитала некоторых банков. А государству придется выделить средства для рекапитализации», - поясняет эксперт крупнейшей международной компании, предоставляющей консалтинговые и аудиторские услуги.

Несмотря на то, что европейские регуляторы и правительства изъявили готовность помочь, практика показывает, что государственное участие не является панацеей от всех бед, и угроза глобальных банкротств продолжает нависать над банковским рынком. Опыт же учит, что подобные опасения имеют под собой реальные основания. Так, в конце прошлого года на грани банкротства оказался инвестиционный банк Dexia, который входит в число крупнейших европейских финансовых учреждений. Но драматичность ситуации заключается даже не в том, что пошатнулось благополучие одного из лидеров рынка, а в том, что на грани банкротства этот банк оказался уже второй раз.

Первый раз его спасли от банкротства в 2008 году, тогда Dexia была выделена финансовая помощь в размере 6,4 млрд евро из государственных средств Бельгии и Франции. Эти вливания помогли банку упрочить свое положение, но лишь на короткое время. В 2011 году Dexia снова оказался на краю бездны. После того как стало известно, что банк имеет в своем портфеле более 20 млрд евро долгов европейских стран, которые испытывают проблемы с кредитными рейтингами и в скором времени могут оказаться неплатежеспособными, инвесторы начали паниковать, что в свою очередь привело к масштабному обвалу акций и падению капитализации банка почти на 2,5 млрд евро. Но на этом проблемы не закончились. Дальше, подвергнувшись общим паническим настроениям, клиенты начали в экстренном порядке закрывать вклады и забирать средства с текущих счетов. В результате правительству снова пришлось прийти на помощь: 100% акций Dexia Bank Belgium были проданы бельгийским властям за 4 млрд евро. Таким образом, банк снова спасли, однако Dexia заставил многих содрогнуться - до банкротства оставался один шаг. По рассказам «очевидцев», проект ликвидации банка уже был предусмотрен.

Этот случай, во-первых, напомнил, что банкротство крупнейших европейских банков - не «страшилка» и может произойти в реальности. Во-вторых, наглядно продемонстрировал, что даже после оказания государственной поддержки пошатнувшимся банкам существует риск возникновения рецидивов.

Еще одним примером кратковременного эффекта от государственной помощи стало американское ипотечное агентство Fannie Мае, которое даже после того, как на его спасение было затрачено 152 млрд долларов в гоо8 году, снова вязнет в убытках и нуждается в очередной порции денег.

Банкротство крупных иностранных банков опасно не только возникновением новой волны панических настроений, но и серьезными проблемами у структурных подразделений неплатежеспособных банков.

Без роду-племени

Формально банкротство материнской структуры не должно оборачиваться катастрофой для дочернего банка в России. Так как «дочка» является самостоятельным юридическим лицом, и ее деятельность регулирует Банк России, то ее не банкротят автоматически вслед за «родителем». В данном случае налицо отличие от практики, принятой в странах, где разрешено работать филиалам банков-нерезидентов. Филиалы очень часто закрываются на следующий день после того, как их «мать» подает заявление о банкротстве. Наглядный тому пример - история с Lehman Brothers: после того как стало известно о неплатежеспособности банка, филиалы Lehman в нескольких странах прекратили работу и стали также готовиться к банкротству.

В России, как уже отмечалось, события в подобных случаях развиваются по другому сценарию. «Дочку» продают новому инвестору, и она продолжает существование под другим именем. «Дочерний банк оценивается как некий актив, который можно реализовать. Продажу российского банка осуществляет конкурсный управляющий по месту нахождения головной компании. Средства от реализации актива поступают в фонд для удовлетворения требований кредиторов, а актив переходит к новому инвестору», - поясняет заместитель генерального директора «Эксперт РА» Павел Самиев. При этом сделку по продаже «дочки» должен одобрить Банк России - правда, только в том случае, если новый инвестор покупает более 20% акций выставленного на реализацию актива.

Необходимо учитывать тот факт, что состояние «дочки» в данном случае также имеет значение. Так, например, после национализации литовского банка Snoras местные власти утверждали, что проблемы материнского банка не затронут его латвийскую «дочку» -Latvijas Krajbanka. Однако вскоре в банке вскрылась недостача средств, и операции в Latvijas Krajbanka были приостановлены. В результате дочерний банк все-таки был признан банкротом, а вкладчикам выплатили страховое возмещение.

Поэтому, конечно, нужно делать поправку на то, что каждый случай индивидуален. Даже если не произошло вывода средств, то вполне вероятно, что деньги, необходимые для поддержания деятельности дочернего банка, «ушли» из него законным путем. И после банкротства родительского банка «дочка» может оказаться неплатежеспособной, что называется, в силу естественных причин.

Регуляторы предпочитают "дочек"

Во время обсуждения условий вступления России в ВТО одним из принципиальных вопросов был формат, в котором иностранные банки могут работать на территории страны. В результате России удалось отстоять требование, что нерезиденты не могут открывать в стране филиалы, а продолжат работать через дочерние структуры.

Этот пункт обсуждался на переговорах в течение нескольких лет, однако изначально противников облегчения процесса проникновения «иностранцев» в Россию больше всего беспокоило то, что местные банки не выдержат конкуренции, и «чужестранцы» вытеснят их с рынка. В условиях мирового кризиса запрет на ведение деятельности иностранных банков напрямую через филиалы получил новое звучание: банкротство материнских банков не приведет к автоматическому банкротству их структурных подразделений в России, а значит, риски российской банковской системы в случае банкротства глобальных финансовых институтов будут более регулируемыми.

Заместитель генерального директора Эксперт РА Павел Самиев поясняет, что Россия отстаивала существующую модель, чтобы защитить своих вкладчиков от возможного банкротства головного банка, работающего в другой юрисдикции. «Дело в том, что независимо от того, на территории какой страны работает филиал, он не подчиняется местным нормам. «Дочка» же обязана выполнять требования и нормативы регулятора той страны, в которой она зарегистрирована. По идее дочерний банк является самостоятельной организацией, на которую банкротство материнского банка не должно оказывать прямого негативного воздействия», - рассказывает эксперт.

Первый заместитель генерального директора Агентства по страхованию вкладов Валерий Мирошников отмечает, что работа иностранных банков на территории других государств через филиалы имеет и другие сложности помимо тех, которые связаны с защитой интересов кредиторов. Дело в том, что при осуществлении процедуры трансграничного банкротства возникает множество вопросов по поводу юрисдикции, на основании которой необходимо действовать, - на основании законодательства страны, где зарегистрирован банк, или на основании законодательства страны, где работает филиал банка. В качестве примера Валерий Мирошников привел случай с банкротством российского Агропром-стройбанка, который имел филиал на Кипре. «Когда Агропромстройбанк был признан банкротом в России, то согласно российскому законодательству мы должны были определить круг кредиторов, описать его активы для взыскания и начать работу. При этом все активы, в том числе и филиалы, должны были поступить в конкурсную массу. Однако кипрский регулятор придерживался другой точки зрения - там считали, что мы не должны претендовать на филиал и забирать его активы, расположенные на территории Кипра. При этом выделить филиал из процедуры банкротства было также невозможно, потому что непонятно было, как в принципе проводить межфилиальные расчеты. После долгих дискуссий нам так и не удалось прийти к консенсусу, и в итоге пришлось просто отказаться от этого филиала. Его ликвидацией уже занимался местный регулятор на основании кипрского законодательства. Единственное, что мы смогли сделать на Кипре - забрать документацию», - рассказывает Валерий Мирошников. Примечательно, что этот случай был не единственным. Аналогичная ситуация возникла с Инкомбанком. От претензий на активы этого банка, расположенные на Кипре, также пришлось отказаться.

Валерий Мирошников поясняет -чтобы не возникало проблем при трансграничном банкротстве банков, необходимо заключать специальные соглашения, в которых должно быть оговорено, по законам какой страны будет производиться банкротство. «С точки зрения прозрачности гораздо удобнее, когда в других странах банк работает через «дочку». В этом случае понятно не только, как должно происходить банкротство, но и как осуществлять регулирование и надзор за этим структурным подразделением в процессе его деятельности», - поясняет первый заместитель генерального директора АСВ.

Правда, в некоторых случаях все-таки возможны исключения. Так, Валерий Мирошников уточняет, что членам Евросоюза разрешено на территории объединенных стран открывать филиалы. Но, по словам эксперта, в данном случае такая форма деятельности финансово-кредитных организаций допустима, потому что в Евросоюзе законодательство стран интегрировано, что исключает возможность возникновения законодательных и регуляторных разночтений. «Заключить соглашение об осуществлении трансграничного банкротства с другими регуляторами достаточно проблематично, потому что необходимо утвердить документ в Госдуме. Все это сложный и длительный процесс. Поэтому гораздо логичнее, чтобы деятельность иностранных банков на территории России осуществлялась через дочерние структуры», - заключает Валерий Мирошников.

Ахиллесова пята российских "дочек"

Однако статус «дочки» полностью не защищает банки от негативного влияния материнской структуры. Как уже отмечалось, если «дочки» не банкротятся автоматически вслед за «мамой», то все равно существует риск, что при определенных условиях головной банк может подорвать финансовое благополучие своей «дочки».

Так, в прошлом году в некоторых российских банках-нерезидентах наблюдался значительный отток ликвидности в пользу материнских структур. Так что Центральный банк вынужден был даже провести профилактическую беседу с руководителями крупнейших «дочек», в которой настоятельно рекомендовал ограничить финансирование материнских компаний.

В PwC считают, что эти отчисления не были настолько масштабными, чтобы подорвать стабильность структурных подразделений в России. «Российские «дочки» должны удерживать часть прибыли у себя для финансирования своего развития и сохранения целевых показателей достаточности капитала на прежнем уровне. Очевидно, что они могут направлять некоторую часть прибыли в головной офис банка, но этого будет недостаточно, чтобы оказать существенное влияние на требуемый размер капитала. Это незначительная сумма по сравнению с необходимым размером капитала», - поясняет Джеффри Николсон.

По мнению спикера, в оттоке капитала, произошедшем в прошлом году, на долю банков приходится малая часть. «На мой взгляд, большую часть этого оттока составляли средства, вывезенные из России физическими лицами - гражданами России или российскими компаниями. В лучшем случае все подобные операции проводились за пределами России. Я не думаю, что та часть капитала, которая была вывезена из страны, является существенной для российских дочерних структур», - говорит Джеффри Николсон.

Однако даже если допустить вероятность того, что предупреждение подействовало, ничто не мешает отдельным участникам в определенной ситуации снова направить деньги в головной банк. Никаких законодательных ограничений на подобного рода операции не существует (если они, конечно, не приводят к нарушению нормативов по размеру капитала или объему ликвидности банков-«дочек»).

«Дочерний банк может размещать все привлеченные средства, например от вкладчиков, на депозите в иностранном банке, - поясняет генеральный директор Интерфакс ЦЭА Михаил Матовников. - При этом ограничение, что размер кредита на одного заемщика не должен составлять более 25% от размера капитала банка, на кредиты, предоставляемые материнским структурам, не распространяется. Как бороться с подобным явлением, ясно, но Центральный банк, наверное, ничего предпринимать не будет, так как это потенциально может затронуть и «дочки» российских госбанков за рубежом».

При этом эксперт признает, что данное упущение можно легко ликвидировать, внеся соответствующие поправки в нормативные документы. Однако то, что кажется легким в теории, на практике реализовать достаточно сложно. Введенные ограничения по объему кредитования материнских структур могут «ударить» не только по иностранным группам и их «дочкам», но и по российским банкам. Например по ВТБ, который фондируется в значительной степени за счет средств своей розничной «дочки», банка ВТБ24.

«Ввести ограничение только в отношении иностранных банков нежелательно, потому что в этом случае будут нарушены конкурентные условия для участников рынка», - резюмирует Михаил Матовников. Но пока острой необходимости, по словам эксперта, в принятии подобных мер нет. С одной стороны, западные банки, оперирующие в России через своих «дочек», неплохо себя чувствуют. С другой стороны, дочерние структуры прислушиваются к указаниям Центрального банка и выполняют полученные от регулятора рекомендации не менее тщательно, чем их «чисто российские» коллеги.

Тем не менее наличие ахиллесовой пяты в системе надзора несет в себе определенные риски. И нельзя полностью исключать вероятность того, что в условиях кризиса этим слабым местом кто-нибудь решит воспользоваться для экстренной поправки «здоровья».

Не все банки - «жемчужины в короне»

Вывод средств из дочерних структур является крайней мерой, на которую иностранные банки могут пойти только в случае обострения кризиса. Большинство банков-нерезидентов заинтересованы в сохранении своих «дочек» в целостности и сохранности, потому что опасаются репутационных рисков и потому что, как отметил Михаил Матовников, для многих иностранных инвесторов российские «дочки» являются «жемчужинами в короне» - одними из самых прибыльных подразделений.

Поэтому многие иностранные банки заинтересованы не только в сохранении, но и в развитии своих «дочек», и они даже готовы предоставлять им финансирование. Так, президент Нордеа Банка Игорь Буланцев рассказал, что 100% прибыли, заработанной российской «дочкой», остается в России и капитализируется. Более того, головной банк предоставляет фондирование своей российской «дочке». «Объем привлеченных от Группы средств на начало 2011 года - 124,5 млрд рублей, а на начало 2012 года -132,8 млрд рублей. В 2012 году Нордеа Банк получит от Группы средства в объеме, необходимом для финансирования нашего бизнес-плана», - поясняет Игорь Буланцев.

В банке Интеза прибыль также полностью остается нераспределенной, увеличивая его капитальную базу. Что касается фондирования, то, как рассказал председатель совета директоров банка Интеза Антонио Фаллико, в 2011 году 90% фондирования было получено от головного банка. «В этом году мы планируем использовать до 80% материнского фондирования», - рассказывает руководитель итальянской «дочки».

Российский бизнес является самым успешным и прибыльным в холдинге «Хоум Кредит» (HCBV). Хоум Кредит всегда стремится к оптимизации структуры капитала, поэтому прибыль, в первую очередь, направлена на поддержку уровня достаточности капитала, а также на инвестиции в дальнейшее развитие бизнеса (экспансия сети филиалов, новые системы ИТ и т.д.)», - рассказывает менеджер по коммуникациям Группы «Хоум Кредит» Дэвид Сагула.

В Райффайзенбанке действуют по смешанной схеме: в прошлые годы прибыль частично распределялась в качестве дивидендов, частично была направлена на повышение капитализации банка. Так, в 2011 году банк выплатил дивиденды в сумме 4 307 517 рублей, в то время как прибыль за 2010 год составила 6 227 258 рублей. «Важно отметить, что выплата дивидендов не влияет на капитализацию материнского банка, поскольку достаточность капитала считается на консолидированной основе», - поясняют в Райффайзенбанке. Кроме того, в банке отмечают, что «материнские» кредиты остаются важным источником фондирования для Райффайзенбанка. В то же время доля заимствований у материнской группы планомерно снижается: по состоянию на конец гон года она, по словам председателя правления Райффайзенбанка Сергея Монина, была зафиксирована на уровне 11% от общего объема пассивов. Как отмечал Сергей Монин, такого не было еще никогда - возможно, потому что никогда до этого группа Raiffeisen не испытывала таких серьезных проблем, как в разгар «греческого гриппа».

Для американских инвесторов российский рынок не менее привлекателен. В «дочке» крупнейшего американского банка отмечают, что Citi в России обладает достаточным объемом средств и не нуждается в фондировании со стороны корпорации. «Банк обеспечивает свое функционирование за счет депозитной базы», - подчеркивает Наталья Николаева.

Таким образом, в нынешних условиях крупнейшие «дочки» находятся в безопасности. К сожалению, нельзя сказать то же самое про «дочек», уступающих им по размерам, про «неудачных детей» - банки, которым не выпало счастья стать «жемчужинами в коронах» материнских групп. Правда, в этом случае головные банки предпочитают банкротству продажу нерентабельного подразделения и сворачивание бизнеса. Если ситуация резко не ухудшится, то можно предположить, что наименее удачливые игроки исчезнут с рынка без лишнего шума и пыли.

Дэвид САГУЛА, менеджер по коммуникациям Группы Хоум Кредит 

Холдинг Home Credit B.V., равно как и его дочерние фирмы, располагает адекватной «подушкой капитала». Обладая достаточностью капитала в соответствии с международно при знанными стандартами и с требованиями регуляторов, Хоум Кредит не видит необходимости в увеличении капитала.

Хоум Кредит планирует дальнейшее развитие – экспансию   своего бизнеса в Европе. Что касается продуктов и каналов

дистрибуции, то их развитие будет связано с переходом от компании потребительского финансирования к розничному банку, сосредоточенному на кредитовании, как мы этого достигли в России. В наших планах - продолжать экспансию за счет расширения каналов продаж при сохранении качества кредитного портфеля.

ХКФБ достаточно фондируется как с помощью базы вкладов физлиц (депозиты), так и с рынка (евробонды), поэтому в настоящее время не пользуется финансированием с уровня холдинга. Однако акционеры всегда готовы поддержать банк, который является стратегическим активом Группы PPF.

Антонио ФАЛЛИКО, председатель совета директоров банка «Интеза»

Интеза Санпаоло стал одним из немногих банков в Европе, которые регулятор не обязал увеличивать капитал. Что касается фондирования, то никаких ограничений для дочерних банков, конечно, нет. Ликвидность группы исчисляется десятками миллиардов евро. Другое дело, что в Европе за время кризиса стоимость денег возросла, поэтому в России уже не так выгодно, как прежде, использовать только европейские деньги. Поэтому мы стремимся диверсифицировать источники фондирования. ЗАО «Банк Интеза» с прошлого года привлекает депозиты частных лиц и предприятий, а в этом году планирует выпустить облигации.

Интеза Санпаоло рассчитывает финансовый результат по основным функциональным подразделениям (бизнес-блокам), которые объединяют филиалы, дочерние банки и компании по принципу их специализации, например корпоративный и инвестиционный банковский бизнес, зарубежные дочерние банки, специализирующиеся на работе с физическими лицами и малыми предприятиями, коммерческие банки, обслуживающие национальный итальянский рынок. При этом наиболее прибыльными стали дочерние банки в Словакии, Хорватии, Сербии, Египте и в России.

Доля ЗАО «Банк Интеза» в бизнесе группы не превышает одного процента (по активам - 0,3%). Это очень мало, но стоит учитывать, что почти 80% бизнеса Интеза Санпаоло сконцентрировано на национальном итальянском рынке. Кроме этого, со многими крупнейшими российскими предприятиями и банками группа работает напрямую, а не через российский дочерний банк. И в 2011 году, и годом ранее банк Интеза продемонстрировал положительный финансовый результат деятельности. В 2012 году мы продолжим курс на универсализацию банка, планируем наращивать объемы кредитования как в сегменте корпоративного бизнеса, так и в сегменте малого и среднего бизнеса.

Игорь БУЛАНЦЕВ, председатель правления Мордеа Банка

Есть два вопроса - вопрос фондирования и вопрос капитала. Фондирование в данном случае - вторичное понятие. Ведь оно необходимо, чтобы финансировать расширение бизнеса, увеличение активов. И первично тут как раз увеличение активов, для которого требуется больше капитала. Соответственно, те европейские банки, которые столкнулись с необходимостью увеличения капитала, директивно ограничивают рост активов по своим дочерним банкам. У Нордеа Банка такой проблемы нет, однако в ряде банков существуют подобные ограничения по росту бизнеса. Достаточность капитала у Группы Nordea до трансформации по Базелю II - 9,2%, с учетом рекомендаций Базеля II - 11,2%, что выше, нежели те 9%, которые будут требоваться от европейских банков к середине 2012 года.

В Группе Nordea эффективность подразделений измеряется показателем RaRoCar. С этой точки зрения российский Нордеа Банк - одно из самых эффективных подразделений в Группе. Основными приоритетами в 2012 году для Нордеа Банка, как и для всей Группы Nordea, станут селективный рост и повышение эффективности существующего бизнеса. Приоритетными направлениями будут наращивание депозитного портфеля, развитие некредитного бизнеса банка, разумное увеличение маржи.

Наталья НИКОЛАЕВА, вице-президент, руководитель департамента по работе с государственными органами Ситибанка

Citigroup работает более чем в 150 странах мира. Такое географическое распределение позволяет в некотором роде нивелировать зависимость деятельности банка от экономической ситуации каждой конкретной страны, в том числе и от стран еврозоны. Уровень достаточности капитала Citigroup является одним из самых высоких в банковском секторе - на конец 2011 года он составил 17%, капитала 1 уровня -13,6%. Россия - одна из 10 приоритетных стран для корпорации. Компания придерживается стратегии органического роста и планирует дальнейший рост бизнеса в 2012 году. Сейчас Citi объединил свой бизнес в СНГ и в странах Центральной и Восточной Европы в новый регион - СЕЕ. ЗденекТурек - главный управляющий Citi в России - назначен главой подразделения Citi в странах Центральной и Восточной Европы. В состав нового региона с ожидаемым доходом в $1,7 млрд вошли Россия, Казахстан, Украина, Чешская Республика, Болгария, Румыния, Словакия, Венгрия, а также страны Центральной и Восточной Европы, где Citi не имеет представительств (СЕЕ Non-Presence Countries).

Что касается аутсайдеров - банк определил для себя приоритетные направления деятельности еще два года назад и вывел все непрофильные направления в отдельное подразделение (Citi Holdings).

В 2012 году Citi отмечает 200-летний юбилей. Для большой международной компании важна преемственность и стабильность, поэтому и в будущем мы продолжим реализо-вывать ключевые принципы деятельности компании, а именно - работать на благо наших клиентов, вести ответственную и прозрачную политику финансирования, привносить инновации, оказывать профессиональные финансовые услуги и предоставлять сервис на высшем уровне для решения задач наших клиентов. Все это - залог обеспечения дальнейшего лидерства компании.