Верховный Суд РФ

Вправе ли администрация при предоставлении квартиры взамен аварийной требовать с жильцов разницу в цене? Верховный суд ответил однозначно: не вправе. О судебном споре рассказал портал Право.Ru.

Многоквартирный дом в Архангельской области признан аварийным и подлежащим сносу. Администрация города приняла решение об изъятии земельного участка, на котором находится дом, с предоставлением жильцам новой квартиры. Поскольку рыночная стоимость передаваемой квартиры составляет 4 192 000 руб., а изымаемой – 2 379 000 руб., администрация потребовала жильцов заплатить разницу в цене. Собственники квартиры с такими условиями не согласились и обратились с иском в суд.

Первая инстанция встала на сторону жильцов, однако вторая это решение отменила.  Верховный суд, в свою очередь, отменил решение апелляционной инстанции и отправил дело ей обратно на рассмотрение.

ВС напомнил: собственники, выселяемые из жилых помещений в аварийном многоквартирном доме, могут выбрать возмещение или другое помещение за изымаемое жилье (ст. 32 ЖК). Ни федеральным законодательством, ни адресной программой Архангельской области не предусмотрена доплата разницы между стоимостью изымаемой квартирой и вновь предоставляемой. Источниками финансирования программы являются средства областного бюджета, средства местных бюджетов и средства фонда, а не деньги граждан.

В отличие от коллекторов, банки не должны штрафоваться за нарушения закона о взыскании долгов физлиц, считает Верховный суд (ВС).

О прецедентном решении Верховного суда написал сегодня «Коммерсантъ». Как следует из материалов дела, в 2015 году заемщик взяла в Плюс-банке автокредит, по которому перестала платить. В 2018 году сотрудники банка, пытаясь взыскать задолженность, в социальной сети начали отправлять должнику сообщения, а также размещали записи на страницах ее знакомых, «оказывая на нее психологическое давление с использованием нецензурных выражений и совершением иных действий, унижающих честь и достоинство», в том числе «с использованием угроз применения физической силы и причинения вреда здоровью». Также банк взаимодействовал с третьими лицами, «допустив при этом раскрытие сведений о должнике, просроченной задолженности, ее взыскании и других персональных данных должника неограниченному кругу лиц».

После того как должник пожаловалась в Федеральную службу судебных приставов (ФССП) на нарушения законодательства по взысканию просроченной задолженности (230-ФЗ), приставом УФССП по Республике Башкортостан в отношении банка был составлен протокол об административном правонарушении.

Суд первой инстанции оштрафовал банк на 20 тыс. руб., вышестоящие судебные инстанции подтвердили правомерность решения. Однако банк оспорил эти действия в Верховном суде, который признал, что со стороны банка были допущены нарушения 230-ФЗ, однако указал, что субъектами ч. 1 ст. 14.57 КоАП (где определяются меры наказания) являются «кредитор или лицо, действующее от его имени и (или) в его интересах (за исключением кредитных организаций)». Плюс-банк не являлся «субъектом вмененного административного правонарушения», и штраф был отменен.

Вопрос о правомерности распространения данной нормы КоАП на кредитные организации до решения ВС поднимался неоднократно. Для устранения коллизии Минюстом был разработан законопроект, который должен был убрать спорную формулировку. Однако Банк России не поддержал его в части распространения административной ответственности на кредитные организации. Тогда в ЦБ заявили, что «право применения регулятором мер воздействия к кредитным организациям», в том числе при нарушении положения 230-ФЗ, «уже содержится в законе „О Центральном банке“».

Предоставить данные по привлечению к ответственности банков за нарушение 230-ФЗ в ЦБ отказались, поскольку эти сведения «не относятся к публичной информации». Вместе с тем, по данным ЦБ, за полгода регулятор получил от граждан более 74 тыс. жалоб на банки, из которых 3,12 тыс. касалось нарушений при взыскании. При этом в отношении банков регулятором за все виды нарушений было вынесено всего 133 протокола об административном правонарушении и 13 предписаний об устранении нарушений.

ФССП настаивает, что правила, установленные 230-ФЗ, «распространяются на всех участников соответствующих правоотношений, в том числе кредитные организации». Да и с позиции здравого смысла совершенно непонятно исключение банков из субъектов административной ответственности.

Юристы называют дело прецедентным, ведь суды будут ориентироваться на это решение ВС. Фактически Верховный суд дал «зеленый свет» агрессивному стилю работы отделов взыскания банков».

Верховный Суд РФ подтвердил, что Налоговый кодекс РФ не освобождает индивидуальных предпринимателей от уплаты НДФЛ при получении ими доходов в натуральной форме. Об этом сообщает пресс-служба ФНС.

В ходе выездной налоговой проверки было установлено, что индивидуальный предприниматель (глава КФХ) не включил в налоговую базу доходы в натуральной форме в виде подаренных ему 14 земельных участков.

По итогам экспертизы была установлена рыночная стоимость земельных участков, которую инспекция использовала при доначислении НДФЛ. Инспекция также указала, что предприниматель и дарители земельных участков в близких родственных отношениях не состояли, а значит, предприниматель не имел права воспользоваться освобождением от уплаты НДФЛ по п. 18.1 ст. 217 НК РФ.

Предприниматель не согласился с выводами инспекции и обратился в суд, полагая, что законодательством не предусмотрено налогообложение доходов индивидуальных предпринимателей в натуральной форме, полученных в порядке дарения (211 НК РФ).

Суды отметили, что предприниматель действительно не отразил доходы в натуральной форме, занизил налоговую базу по НДФЛ, и налоговый орган это доказал. В ст. 217 НК РФ («доходы, не подлежащие налогообложению») не установлено, что индивидуальные предприниматели освобождаются от налогообложения при получении ими каких-либо доходов, не связанных с предпринимательской деятельностью.

Из положений НК РФ (ст. 228 НК РФ, 217 НК РФ, 211 НК РФ и 11 НК РФ) следует, что в случае получения дохода в порядке дарения, предприниматель обязан включить его в налоговую базу для исчисления НДФЛ.

Не согласившись с этими выводами, предприниматель обратился в Верховный Суд РФ, который отказал ему в передаче кассационной жалобы для дальнейшего рассмотрения.

Верховный Суд РФ определением от 13.06.2019 № 305-ЭС19-7994 подтвердил, что инспекция имела право изъять документы налогоплательщика у взаимозависимой с ним организации.

В рамках выездной проверки инспекция изъяла документы и носители информации (жесткие диски, usb-накопители), которые принадлежали не только самому налогоплательщику, но и его контрагенту. Она посчитала, что их могли уничтожить или скрыть, так как вместе с несколькими организациями налогоплательщик являлся предполагаемым участником схемы уклонения от уплаты налогов. Была изъята переписка между налогоплательщиком и его контрагентом (подконтрольной ему компанией), которая свидетельствовала об их участии в этой схеме.

Контрагент проверяемой компании обратился в суд. Он посчитал, что инспекция незаконно вскрыла и осмотрела помещение, а также забрала документы, которые принадлежат компании и его сотрудникам, а значит нарушила его права при выемке (п.5 ст. 94 НК РФ).

Суды отказали ему в удовлетворении требований. Они указали, что налоговый орган действовал в соответствии с законодательством (ст. 31, 94 НК РФ). Инспекция имеет право изъять подлинники документов, если у нее есть основания полагать, что они могут быть уничтожены (п. 8 ст. 94 НК РФ). Суды учли довод инспекции, что обе организации (налогоплательщик и его контрагент) занимают одни и те же офисы, одни и те же лица управляли денежными потоками и отвечали за бухгалтерский и налоговый учет в проверяемом периоде с его контрагентами, из чего следовал вывод, что эти компании взаимозависимы.

Не согласившись с этими выводами, компания обратилась в Верховный Суд РФ, который отказал ей в передаче кассационной жалобы для дальнейшего рассмотрения, сообщает пресс-служба налогового ведомства.

Верховный суд впервые выступил против переквалификации движимого имущества в недвижимое.

10 июля Экономическая коллегия ВС отправила дело № А05-879/2018 на пересмотр, пишет Право.ru.

Инспекция по итогам проверки доначислила ЗАО «Лесозавод 25» 11 млн налогов за недвижимость. Это произошло из-за того, что налоговики квалифицировали цех древесных гранул как недвижимость, ведь без цеха оборудование не может функционировать и нельзя отделить его от цеха без ущерба. Завод считал, что оборудование движимое, пусть даже оно смонтировано.

Первые три инстанции ЗАО проиграло и только ВС отказался принять сторону налоговиков. Заявитель посчитал, что суды не учли одно из разъяснений ФНС: технологическое оборудование промышленных предприятий, установленное на фундаменте, нельзя считать недвижимостью. А цех древесных гранул можно демонтировать без ущерба для его эксплуатационных качеств и всех технологических функций.

Что относить к недвижимому имуществу, определяет Гражданский кодекс. Но определение размыто, что приводит к спорам налоговиков и бизнеса, пишут «Ведомости». С 2019 года налог на движимое имущество отменен и организации столкнулся с проблемой — налоговики начали переквалифицировать оборудование в недвижимое имущество и ретроспективно облагать промышленные компании налогом, убирая льготы по движимому имуществу, действующие с 2013 года. Иногда это касается до половины оборудования, жаловалась ассоциация «Русская сталь».

Минэкономразвития пыталось навести порядок и предложило поправки в Гражданский кодекс, в том числе новое определение недвижимости. В октябре 2018 г. законопроект был внесен в правительство, но пока проходит внутриведомственное согласование. При этом сам проект разрабатывается не для разрешения проблем, связанных с налоговыми проблемами, а для уточнения критериев разграничения движимых и недвижимых вещей, говорит представитель министерства.

Критериев нет, на практике — полный хаос, говорят эксперты. Например, налоговики и нижестоящие суды ориентировались в том числе на критерий технологической связанности, но Гражданским кодексом он не предусмотрен. Фактически, по логике инспекции, получалось, что любое оборудование, которое стоит на твердом фундаменте и не может быть перенесено, относится к недвижимому имуществу и должно облагаться налогом.

Мотивировочного решения Верховного суда пока нет. Но если бы он полностью поддержал компанию, то не направил бы дело на новое рассмотрение, предупреждают эксперты. На практике же суд признал право налоговых органов определять грань между недвижимым и движимым имуществом, предупреждает он, споры будут продолжаться.

Верховный суд  в постановлении от 26.04.2019 № 9-АД19-10 признал незаконным административный штраф главному бухгалтеру, отказавшемуся предоставить в  налоговую инспекцию документы, затребованные в отношении одного из работников организации.

ИФНС в рамках встречной проверки запросила сведения в соответствии с п.1 ст. 93.1 НК РФ. Причем проверка проводилась в отношении фирмы, с которой у компании, получившей требование, не было никаких отношений. 

По требованию организация должна была предоставить кадровые документы на конкретного работника, в частности: заявления о приеме и увольнении; трудовой договор; приказы и личную карточку. Главный бухгалтер отказалась их предоставить, мотивируя тем, что это внутренние документы организации. Кроме того, разглашение таких сведений являлось бы нарушением персональных данных.

За отказ в представлении документов главбуху был выписан штраф по части 1 статьи 15.6 КоАП в размере 300 рублей. Однако она его оспорила в суде.

Суды трех инстанций встали на сторону налоговиков. Однако Верховный суд их решения отменил, сославшись на то, что налогоплательщики имеют право не выполнять неправомерные акты и требования налоговых органов (пп.11 п.1 ст. 21 НК). Ведь доказательств взаимоотношений между двумя организациями так и не было приведено.

Кроме того, запрошенные налоговой документы никак не могут быть признаны документами, которые общество (соответствующее должностное лицо общества) обязано было представить налоговому органу в целях осуществления налогового контроля в отношении проверяемого им налогоплательщика.

Проект постановления пленума Верховного суда, позволяющий в любой момент привлечь к уголовной ответственности за налоговые преступления, напугал бизнес.

Письма с критикой документа в Верховный суд направили крупнейшие объединения российских и зарубежных компаний – Торгово-промышленная палата (ТПП), Ассоциация европейского бизнеса (АЕБ), Российско-германская внешнеторговая палата, а также уполномоченный по защите прав предпринимателей Борис Титов. Подготовил обращение и РСПП. С этими письмами ознакомились «Ведомости».

Верховный суд в проекте своего постановления предлагает считать уклонение от уплаты налогов преступлением, которое продолжается, пока должник окончательно не рассчитается с государством. Т.е. преступление будет длящимся. Сейчас срок давности составляет от двух до 10 лет в зависимости от тяжести налогового преступления.

Решение пленума Верховного суда будет иметь обратную силу, беспокоится РСПП, это позволит привлекать людей к уголовной ответственности на протяжении всей их жизни. Принятие проекта может затруднить поставленную президентом задачу по декриминализации предпринимательской сферы, предупреждает Титов. Он предлагает отложить принятие постановления – для «существенного дополнения и доработки».

В то же время, жалуется председателю Верхового суда Вячеславу Лебедеву АЕБ, постановление пленума не решает действительно актуальные проблемы – не проводит четкой границы между налоговыми правонарушениями и преступлениями. Правоохранители нередко считают преступлением сам факт неуплаты налога, несмотря на то, что в свое время Конституционный суд разъяснил, что уклонением от налогов следует считать создание существенных препятствий для налогового контроля. И позиция КС не отражена в проекте постановления пленума ВС. При этом в проекте подробно пересказывается часть I Налогового кодекса, которая действует уже 20 лет.

Представитель Верховного суда Павел Одинцов не исключает, что проект постановления еще претерпит серьезные изменения с учетом позиции экспертов. Но юристы опасаются, что, даже если разъяснение о длящемся преступлении будет исключено из постановления, эта позиция может быть закреплена в судебной практике.

Если задним числом просить предпринимателей подтверждать правильность уплаты налогов, то появятся «колоссальные риски привлечения к уголовной ответственности абсолютно любого бизнесмена», говорят эксперты: за последние пять лет правоприменительная практика сильно изменилась – те требования, которые сейчас предъявляются компаниям, раньше были не известны даже самим налоговикам. О стабильности налогов и защищенности бизнеса от произвола властей в такой ситуации вообще не может быть речи.

Верховный суд предлагает считать уклонение от уплаты налогов преступлением, которое продолжается, пока должник окончательно не рассчитается с государством.

Такое разъяснение содержится в проекте постановления пленума Верховного суда, который планируется обсудить в четверг. С его копией удалось ознакомиться «Ведомостям».

В предыдущем постановлении по налоговым преступлениям было разъяснено, что под уклонением от уплаты налогов следует понимать умышленные деяния, направленные на их неуплату и повлекшие полное или частичное непоступление налогов в бюджет. Теперь к этому добавится следующее: преступление следует считать оконченным с момента неуплаты налогов в установленный срок. Но такие преступления являются длящимися, поэтому срок давности уголовного преследования по ним исчисляется с момента фактического прекращения преступной деятельности, т. е. со дня добровольного погашения либо взыскания недоимки.

Фактически это означает отмену срока давности — да еще с обратной силой, хотя закон не менялся, говорят эксперты. Представитель «Пепеляев групп» объясняет, что последует за новым постановлением: по ст. 198 и ч. 1 ст. 199 срок давности — 2 года, он тоже восстанавливается по всем делам, где налог еще не уплачен. Чтобы освободиться от уголовного преследования, надо будет самому заплатить налог, пеню в размере налога и штраф, на который налоговая и не рассчитывала по истечении давности по Налоговому кодексу, а также потому, что выездную проверку за тот период не проводила.

Дмитрий Костальгин из Taxadvisor уверен, что новая трактовка Верховного суда порождает массу противоречий: если считать преступление оконченным в момент погашения недоимки, то что делать с примечанием к ст. 199, она трактует такие действия, как деятельное раскаяние и основание для прекращения дела.

По данным уполномоченного по правам предпринимателей Бориса Титова, 3,7% обратившихся к нему в 2018 г. привлекались к уголовной ответственности за налоговые преступления. И хотя формально диспозиция соответствующей статьи требует доказывать наличие умысла на уклонение, в реальности уголовные дела возбуждаются просто по факту неуплаты сумм, указанных в решении налоговой проверки, к ответственности могут привлекаться лица, полагавшие свои действия соответствующими действующему налоговому законодательству, говорится в докладе уполномоченного.

В четверг, 6 июня, будет только первое рассмотрение проекта в Верховном суде, поэтому при обсуждении в него еще могут быть внесены изменения.

Федеральная налоговая служба письмом от 16.04.2019 № СА-4-7/7164 направила в нижестоящие инспекции обзор судебной практики за 1 квартал 2019 года.

В документе рассмотрены судебные акты Конституционного и Верховного Суда РФ.

В частности, приведено решение Верховного суда о том, что физлицо, деятельность которого признана предпринимательской, имеет право получить освобождение от уплаты НДС, подав заявление «задним» числом (пункт 8 письма).

В пункте 7 рассмотрено дело, выигранное налоговиками. В нем говорится о том, что суд, снижая штраф по статье 112 НК в силу наличия смягчающих обстоятельноств, не может уменьшать его до нуля. Потому что в таком случае налогоплательщик освобождается от ответственности за нарушение, а это не соответствует положениям пункта 3 статьи 114 НК.

В самом начале письма приведено Постановлении Конституционного суда е от 15.02.2019 № 10-П о порядке расчета налога на имущество физических лиц. В случае когда сумма этого налога, исчисленная исходя из инвентаризационной стоимости имущества, существенно превышает сумму налога, исчисляемую исходя из его кадастровой стоимости, налогоплательщик вправе требовать использования сведений о кадастровой (рыночной) стоимости этого имущества и соответствующего размера налоговой ставки.

Подробности о решении № 10-П в материале «Конституционный суд вынес вердикт в пользу многодетной матери по делу об исчислении налога на имущество»

Верховный Суд РФ подтвердил, что независимо от регистрации перехода права постоянного (бессрочного) пользования на участок правопреемник юридического лица обязан уплачивать земельный налог за него. Об этом сообщает пресс-служба ФНС.

По итогам проверки декларации за 2016 год инспекция установила, что налогоплательщик не уплатил земельный налог за участок, который он получил от приватизированного госпредприятия на праве бессрочного пользования. Поэтому она доначислила компании налог, пени и штраф.

Налогоплательщик не согласился с решением инспекции и обратился в суд. Компания указала, что не регистрировала свое право на этот участок, а при приватизации госпредприятия он не был включен в передаточный акт. Поэтому налогоплательщик посчитал, что как общество-правопреемник он не должен уплачивать земельный налог за него.

Суд первой инстанции поддержал позицию инспекции. Он указал, что налогоплательщик должен был платить земельный налог за участок, так как получил его в порядке преемства права, которое ранее было зарегистрировано госпредприятием в соответствующем реестре. Согласно п. 3 ст. 268 ГК РФ и п. 1 ст. 388 НК РФ это обязательство переходит к организации-правопреемнику, даже если она не регистрировала право бессрочного пользования на этот участок в установленном порядке при приватизации госпредприятия.

Апелляционный суд отменил решение суда первой инстанции и удовлетворил требование налогоплательщика. Он сослался на то, что сведения об этом участке в передаточном акте при приватизации госпредприятия отсутствовали, следовательно, правопреемник его не получал.

Суд кассационной инстанции поддержал доводы инспекции и суда первой инстанции и отменил постановление суда второй инстанции. Он признал доначисление земельного налога обоснованным и указал, что право постоянного (бессрочного) пользования земельным участком, зарегистрированное за правопредшественником, перешло к обществу-преемнику в соответствии с п. 1 ст. 268 ГК РФ. В этом случае он становится плательщиком земельного налога независимо от регистрации перехода соответствующего права.

Налогоплательщик обратился в Верховный Суд РФ, который отказал ему в передаче кассационной жалобы для дальнейшего рассмотрения.

Верховный суд РФ в четверг отменил решение калужского суда и признал неправомерным отказ 55-летней учительнице английского языка Наталье Мельниковой из Луганской области в участии в программе переселения соотечественников.

Калужская региональная программа предполагает возрастное ограничение для участия для женщин старше 55 и мужчин старше 60 лет, пишет "Коммерсантъ". Подобные ограничения есть еще в 11 регионах. Предельный возраст указан в соответствии с методическими рекомендациями правительства РФ по определению потребительской корзины, разработанными в 2013 году.

Представитель Натальи Мельниковой  в суде Любовь Мосеева-Элье считает возрастное ограничение дискриминационным:

«Не могут вводиться критерии, нарушающие права и свободы человека».

Верховный суд начал рассмотрение дела Натальи Мельниковой в марте этого года и отложил заседание, поскольку представители ответчика — Калужской области — не смогли представить пояснительную записку, обосновывающую возрастные ограничения в региональной программе. В четверг пояснительная записка была представлена в судебном заседании, но судья вновь спросил о связи потребительской корзины с региональной программой переселения. Представитель ответчика на вопрос ответить затруднился.

Чиновники обратили внимание суда, что региональная программа была согласована с федеральными властями. Основными аргументами калужских властей для введения возрастного ценза были стремительное старение населения области, заинтересованность в мигрантах репродуктивного возраста, а также структура рынка труда.

«67% потребностей у нас — именно по рабочим специальностям, люди с высшим образованием — это около 20%,— заявил представитель министерства труда и социальной защиты Калужской области.— Чтобы педагоги или врачи были у нас в списке, что называется, востребованных профессий — нет, такого нет».

Представители калужских властей до оглашения решения просили о дополнительном заседании, однако суд их просьбу отклонил и принял решение в пользу госпожи Мельниковой.

Решение Верховного суда стало вторым случаем, когда региональные ограничения участия в программе содействия переселению соотечественников признавались незаконными. В 2017 году был удовлетворен иск мужчины из Чувашии, которому отказали в участии из-за отсутствия высшего образования.