судебно-арбитражная практика

Сбербанк проиграл дело в суде, касающееся ограничения распоряжения денежными средствами, находящимися на расчетном счете организации. АС Московского округа в постановлении № Ф05-8788/2019 от 24.06.2019 по делу № А40-137121/18 признал действия банка незаконными.

В суд обратилась компания, являющаяся клиентом банка. Ею было получено требование о предоставлении в банк документов в срок до 7 рабочих дней с даты получения запроса в соответствии с п. 14 ст. 7 федерального закона № 115-ФЗ от 07.08.2011 г. «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма». Список был весьма внушительный: договоры с определенными контрагентами; счета-фактуры; накладные; авансовые отчеты; информация о количестве сотрудников организации и подтверждение выплат им заработной платы и многое другое. Документы были в банк предоставлены в полном объеме и в срок.

Однако, Сбербанк заблокировал организации «Сбербанк Бизнес Онлайн» и предложил добровольно закрыть счет. Компания посчитала, что её деятельность частично парализована и она лишена возможности полноценно вести предпринимательскую деятельность, поэтому подала в суд.

Суды всех трех инстанций признали действия банка незаконными. Они указали, что законом 115-ФЗ не закреплены неограниченные правомочия банков, в том числе по блокировке доступа к дистанционной системе по расчетному счету клиента. При этом они обратили внимание на то, что организация предоставила Сбербанку всю запрашиваемую информацию, подтверждающую, что её сделки носят реальный характер, расходование денежных средств производилось в соответствии с целями осуществления предпринимательской деятельности.

Банком не были представлены доказательства, что её клиент является экстремистской организацией, фигурирует в списках террористов, с учетом возможной аффилированности, а также того, что банковские операции клиента за спорный период были запутанными, неочевидными, не имели реальной цели, а наоборот, преследовали цели по легализации денежных средств, полученных преступным путем, а равно преследовали иную противоправную цель.

При этом, суд первой инстанции указал, что сами по себе обстоятельства — размер уставного капитала, выписка по счету не заверена, к договорам перевозки не представлены заявки, транспортные накладные, выписка из банка не информативная — не могут являться основанием для вывода, что организация осуществляет сомнительные операции, о чем указывал в своем отзыве Сбербанк.

Суды, учли, что положениями пункта 11 статьи 7 115-ФЗ, предусмотрено право кредитной организации на отказ от операции, если операция (конкретная) признана подозрительной, тогда как банк в одностороннем порядке заблокировал доступ к системе дистанционного банковского обслуживания по расчетному счету в целом, а не конкретной операции.

Девятый арбитражный апелляционный суд в своем постановлении  по этому делу также указал на то, что банки не имеют права полностью приостанавливать операции по счету. Они могут только заблокировать подозрительную операцию. Право выносить решение о блокировке всех операций принадлежит Росфинмониторингу, если у него будут для этого достаточные основания.

Полномочия налоговых органов не абсолютны, а должны иметь правовые основания. На это указал Арбитражный суд Московского округа в постановлении от 30.04.2019 № Ф05-5289/2019, отменяя решения двух нижестоящих судов.

Налоговая потребовала от организации предоставить документы вне рамок налоговой проверки, не обосновав при этом причину. В списке значились:

  • расшифровки по счетам и показателям бухгалтерской отчетности;
  • расшифровка кредиторской и дебиторской задолженности с указанием ИНН контрагентов с копиями подтверждающих документов;
  • штатное расписание;
  • налоговые регистры расходов и доходов с разбивкой на прямые, косвенные, прочие, внереализационные по статьям затрат и доходов или расшифровки строк налоговой декларации по налогу на прибыль организации Приложений 1 и 2 к Листу 02 за указанный период.
И все эти документы надо было предоставить за три года. Организация посчитала, что запрашиваемые документы касаются исключительно деятельности самого налогоплательщика вне зависимости от конкретной сделки либо какого-либо контрагента (контрагентов). И фактически запрашиваемые документы касаются деятельности самого налогоплательщика на протяжении трех лет, что в отсутствие налоговой проверки противоречит пунктам 1, 2 статьи 93.1 Налогового кодекса РФ.

Жалоба в УФНС на действия инспекции ни к чему не привела и требование было признано законным. Суды первых двух инстанций также встали на сторону налоговиков.

Однако Арбитражный суд Московского округа решения нижестоящих судов отменил и отправил дело на новое рассмотрение.

В соответствии с пунктом 1 статьи 93.1 НК РФ должностное лицо налогового органа, проводящее налоговую проверку, вправе истребовать у контрагента или у иных лиц, располагающих документами (информацией), касающимися деятельности проверяемого налогоплательщика, эти документы (информацию). Но требование должно быть отправлено по установленной форме, при этом оно должно быть конкретным, исключающим возможность неоднозначного толкования.

Налоговый орган обязан указать в требовании мероприятие налогового контроля, в ходе которого возникла «обоснованная необходимость» в получении документов (информации) относительно конкретной сделки, равно как доказать наличие такой необходимости, поскольку полномочия налоговых органов не абсолютны, а должны иметь правовые основания.

Содержание требования должно однозначно свидетельствовать о том, что обязанность общества представить документы (информацию) возложена на него законно и у налогового органа действительно имелась необходимость в их получении.

АС Московсокго округа признал заслуживающими внимания доводы заявителя о том, что судами не устанавливалась обоснованная необходимость получения налоговым органом документов (информации). В частности судами не установлено в отношении какой конкретной сделки (сделок) запрошена информация и (или) в отношении какого конкретно контрагента (контрагентов) заявителя, что имеет существенное значение.

Поэтому дело было отправлено в первую инстанцию, которая и должна установить все обстоятельства дела и еще раз проверить доводы сторон.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа отменил решения нижестоящих инстанций, отказавшие налогоплательщику во взыскании процентов с налоговой инспекции за незаконную блокировку счета.

Налоговая инспекция не могла целый год разблокировать на счету 10 млн руб., пишет Право.ru.

Суды  первых двух инстанций исходили из того, что налогоплательщик должен доказывать наличие материальных потерь, вызванных блокировкой счета. Компания должна была пытаться перечислить куда-то деньги и получить отказ, отметили суды. Они также обратили внимание, что компания пользовалась деньгами в сумме, которая превышала заблокированные 10,2 млн руб. Проценты из Налогового кодекса имеют компенсационный характер и не предполагают неосновательного обогащения компаний, посчитали судьи.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа отменил решения нижестоящих инстанций. Он напомнил, что проценты компенсируют потери частного субъекта оттого, что он не мог пользоваться денежными средствами без законных оснований. Положение НК было принято во исполнение ст. 52 и 53 Конституции о том, что каждый имеет право на возмещение вреда, причиненного незаконными действиями госорганов или госслужащих. И в Налоговом кодексе не говорится о том, что налогоплательщик должен доказывать прямой ущерб.

Постановлением от 15.05.2019 по делу № А32-14521/2018 решение двух первых инстанций отменено и принято новое, согласно которому с ИФНС № 1 по г.Краснодару должно быть взыскано 998711,18 руб, плюс госпошлина.

Верховный Суд РФ подтвердил, что передача имущества в качестве отступного признается его реализацией, а полученный от нее доход подлежит учету при исчислении налоговой базы по УСН. Об этом сообщает пресс-служба ФНС.

Налогоплательщик заключил кредитный договор с банком и договор займа с индивидуальным предпринимателем. Позже его долг перед банком также был переведен на ИП. Чтобы погасить долги, налогоплательщик передал ИП в качестве отступного недвижимое имущество - магазин. Индивидуальный предприниматель же принял на себя обязательство оплатить долги налогоплательщика на сумму отступного.

Во время камеральной проверки декларации инспекция выявила, что при передаче магазина в качестве отступного у налогоплательщика возник доход, который не был отражен в составе налогооблагаемой базы по УСН. Поэтому она доначислила ему налог, штраф и пени.

Налогоплательщик не согласился с решением инспекции и обратился в суд. Он сослался на то, что не получал никакого дохода, а лишь рассчитался по заемным обязательствам. При этом передача денежных средств и имущества в счет погашения займа не облагается налогом, так как не является реализацией.

Суды трех инстанций отказали налогоплательщику. Они указали, что по соглашению об отступном заемщик становится продавцом, а заимодавец - покупателем. Поэтому вместе с имуществом передаются и права собственности на него на возмездной основе, что является реализацией (п. 1, 3 ст. 38), даже если она производится для погашения займа. Суды также обратили внимание на то, что при такой передаче стоимость имущества должна быть включена (определение от 31.01.2017 № 309-КГ16-13100) в состав доходов от реализации, которые учитываются (346.15 НК РФ) при определении налоговой базы по налогу по УСН.

Не согласившись с выводами судов нижестоящих инстанций, налогоплательщик обратился в Верховный Суд РФ, который отказал ему в передаче кассационной жалобы для дальнейшего рассмотрения.

Верховный Суд РФ  решил, что налоговый орган не имеет права возвращать налогоплательщику излишне удержанный налоговым агентом налог, сообщает пресс-служба ФНС.

Налогоплательщик вправе подать заявление непосредственно в налоговый орган о возврате излишне ранее удержанной с него налоговым агентом суммы налога исключительно при отсутствии налогового агента на дату заявления (п. 1 ст. 231 Налогового кодекса РФ).

Военнослужащий обратился в инспекцию за возвратом НДФЛ, который, по его мнению, работодатель (военная администрация) излишне удержал. Налоговый орган отказал налогоплательщику в возврате. Поддерживая это решение, Управление ФНС России по субъекту разъяснило гражданину, что для возврата излишне удержанного налоговым агентом НДФЛ необходимо обратиться непосредственно к работодателю, который удержал этот налог.

Налогоплательщик не согласился с решением и обратился в суд. Он указал, что имеет право на возврат налога, так как применяется общий порядок возврата налога – путем подачи налогоплательщиком заявления в налоговый орган (ст. 78 Налогового кодекса РФ) и налоговый орган не имел права отказывать налогоплательщику в возврате.

Отказывая военнослужащему в иске, суды указали налогоплательщику на то, что налог возвращает налоговый агент, а не налоговый орган. Налогоплательщик обратился с кассационной жалобой в Верховный Суд РФ, который отказал ему в удовлетворении требований.

Он подтвердил выводы судов о порядке возврата излишне уплаченного налога. ВС РФ указал, что у налогового органа не было оснований для возврата налога, удержанного по месту службы. Обращаться за возвратом НДФЛ необходимо было к налоговому агенту, а в случае спора – в военный суд.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд удовлетворил иск компании «Тыретский солерудник» (Иркутская область), которая потребовала взыскать с Федеральной налоговой службы России убытки из-за незаконной блокировки расчетного счета на сумму.

В январе 2019 года эту компанию в споре с налоговым органом также поддержал Свердловский арбитражный суд, теперь решение вступило в законную силу. О подробностях дела читателям рассказал портал Banki.ru

Инспекция ФНС по Ленинскому району Екатеринбурга заблокировала расчетный счет «Тыретского солерудника» после того, как в конце 2017 года выявила у предприятия недоимку по страховым взносам в размере 2 копеек, а также пени в сумме 31 рубль 7 копеек. Компания в указанный в требовании налогового органа срок недоимку закрыла, однако ошиблась в КПП. При уточнении платежа налоговики сами ошиблись в КБК. В результате недоимка в размере 1 копейки осталась непогашенной. Из-за этого ИФНС в январе 2018 года приостановила операции на счетах «Тыретского солерудника». Спустя три месяца управление ФНС по Свердловской области признало это решение районной ИФНС незаконным.

Перед приостановлением операций по счету «Тыретский солерудник» заключил со Сбербанком договор об открытии банковского вклада на сумму 77 млн рублей на срок семь дней под процентную ставку 5% годовых. Сбербанк отказал компании в размещении депозита из-за блокировки ее счета налоговиками. При этом судьи обратили внимание на то, что блокировка была единственным основанием для отказа банком в открытии вклада (депозита). Таким образом, была установлена связь между незаконными действиями инспекции по приостановлению операций по банковским счетами убытками общества в виде неполученных процентов от размещения денежных средств под проценты.

Юристы «Тыретского солерудника» подсчитали, что из-за незаконной блокировки счета компания не получила доход в размере 73,8 тыс. рублей. Суды признали требования налогоплательщика законными и удовлетворили иск в полном объеме. Попытка налоговиков обвинить организацию в провоцировании банка на отказ в открытии депопита, провалилась. Суд принял во внимание то, что компания неоднократно заключала подобные договоры со Сбербанком и это была обычная хозяйственная практика для этого предприятия.

Как показывает практика, во взыскании подобных убытков налогоплательщикам чаще отказывают, говорят юристы. Это связано с трудностью доказывания обстоятельств возникновения убытков: бремя их доказывания несет налогоплательщик. Однако «Метро Кэш энд Керри» недавно взыскала с налоговиков 1,9 миллиона рублей по тому же поводу - из-за незаконной блокировки счета компания не смогла открыть банковский вклад.

Какие доводы позволяют должнику снижать неустойку? Какой размер неустойки суды считают оптимальным? Об этом рассказали эксперты «РосКо — Консалтинг и аудит» в блоге компании.

Прежде всего, напомним, что неустойка представляет собой определенную законом или договором денежную сумму, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства (например, в случае просрочки его исполнения).

Важно!

Если контрагент добровольно оплатил второму участнику сделки неустойку, то оспорить ее размер будет проблематично. В этом случае должнику придется доказывать суду, что выплата неустойки была вынужденной мерой (п.79 Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 г. №7, АС Волго-Вятского округа от 05.10.2018 г. №А28-15766/2017).

Если уже судебной баталии не избежать, то добиваемся снижения размера контрактной неустойки.

Когда и до какого размера можно уменьшить неустойку?

В соответствии с правовой позицией КС (Определения от 22.04.2004 г. №154-О и от 21.12.2000 г. №263-О), часть I ст.333 ГК РФ закрепляет право суда уменьшить размер подлежащей взысканию неустойки, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства.

То есть основанием для применения ст.333 ГК РФ может служить только явная несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательств.

Кто должен представить доказательства явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательств?

Важно!

Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика (п.73 Постановления №7).

 

Как определяется несоразмерность неустойки? На что ориентируются суды, снижая размер неустойки?  И какие факторы не являются поводом для снижения неустойки? Об  этом читайте продолжении в статьи в блоге компании «РосКо — Консалтинг и аудит».

Индивидуальные предприниматели на УСН продолжают битву за право уменьшать доход на расходы при расчете страховых взносов. Увы, с переменным успехом.

14 декабря Десятый арбитражный апелляционный суд отказался удовлетворить жалобу ИП на решение АС Московской области от 27.09.2018 г. по делу А41-64507/2018. Предприниматель пытался оспорить доначисление страховых взносов за 2017 год в размере 46 355,15 рублей. Он посчитал взносы в размере 1% с доходов, превышающих 300 тыс.рублей с учетом произведенных расходов. Однако ИФНС с ним не согласилась и взносы доначислила без учета расходов.

Суд второй инстанции подтвердил решение первой - ИП на УСН не имеют права уменьшать доход на расходы, потому что есть письмо Минфина России от 12.02.2018 № 03-15-07/8369, Решение Верховного суда № АКПИ18-273 от 08.06.2018 г.

Пойдет ли ИП в третью инстанцию, пока неизвестно. Но хочется пожелать ему удачи и добиться справедливости.

Как судами разрешаются спорные вопросы, связанные с исчислением страховых взносов? Эксперты «РосКо — Консалтинг и аудит» в блоге компани привели победные аргументы налогоплательщиков в спорах с Фондами по поводу начисления страховых взносов в распространенных ситуациях. 

Страховые взносы на «отказные» выплаты ФСС не начисляются

Многие российские регионы уже перешли к пилотному проекту по выплате пособий напрямую из Фонда соцстраха, минуя работодателей. Остальные страхователи по-прежнему вынуждены проверять больничный лист на предмет возможных ошибок, чтобы фонд не отказал в возмещении пособий, а в случае отказа со стороны Фонда — доказывать свою правоту.

Важно!
В том случае, если страхователь не стал спорить с Фондом или проиграл в судебных баталиях, то его ждет новый виток споров по поводу необходимости начисления страховых взносов на «отказные» выплаты.
Позиция контролеров однозначна на протяжении ряда лет: в случае непринятия территориальным органом ФСС РФ к зачету расходов на выплату страхового обеспечения, страхователь должен представить в налоговые органы уточненный расчет по страховым взносам, включив не принятую сумму в объект налогообложения страховыми взносами (Письма ФНС РФ от 05.03.2018 г. №ГД-4-11/4193@, от 22.09.2017 г. №ЕД-4-15/19093).

Но, как отметили еще в 2017 г. высшие судьи, действующее законодательство не содержит норм, обязывающих включать в базу для начисления страховых взносов не принятые к зачету суммы выплаченного пособия (Определения ВС РФ от 04.08.2017 г. №308-КГ17-680 и от 11.08.2017 г. №310-КГ17-10343).

На сегодняшний день уже сформировалась устойчивая арбитражная практика по поводу отсутствия объекта налогообложения сумм, не принятых к зачету ФСС. Лейтмотив вынесенных судебных решений заключается в том, что отказ фонда в принятии к зачету расходов по выплате спорных пособий не может изменить статус выплаченных средств как страховое обеспечение, то есть страховые выплаты, обусловленные наступлением страхового случая. Указанные суммы сохраняют свою социальную направленность и не являются вознаграждением за выполнение работником трудовых функций (Постановления АС Северо-Западного округа от 24.09.2018 г. №А56-89970/2017, Западно-Сибирского округа от 21.09.2018 г. №А27-1792/2018, Северо-Западного округа от 03.09.2018 г. №А13-19089/2017).

Какие выплаты находятся в зоне риска?

Наиболее «уязвимыми» с точки зрения наличия объекта налогообложения являются выплаты, осуществляемые работодателями по коллективному договору (материальная помощь, единовременная выплата работникам, уходящим на пенсию, компенсация стоимости путевок, адресная социальная помощь, оплата стоимости лечения и медикаментов и т.п.).

Позиция контролирующих органов однозначна: страховые взносы следует начислять на все приведенные выплаты и вознаграждения (письма Минтруда РФ от 20.01.2014 г. №17-3/В-13, ПФР от 29.07.2014 г. №НП-30-26/9660 и ФНС РФ от 30.10.2017 г. №ГД-4-11/22062@, от 29.07.2014 г. №17-03-10/08-2786П, ФСС РФ от 14.03.2016 г. №02-09-05/06-06-4615 ).

По мнению судей, наличие трудовых отношений не свидетельствует о том, что все выплаты работникам представляют собой оплату их труда и, соответственно, должны облагаться страховыми взносами. Согласно правовой позиции высших судей (Определение ВС РФ от 20.07.2015 г. №309-КГ15-7086, Постановление Президиума ВАС РФ от 14.05.2013 г. №17744/12) не являются объектом обложения страховыми взносами выплаты социального характера, основанные на коллективном договоре, не являющиеся стимулирующими, не зависящие от квалификации работников, сложности, качества, количества, условий выполнения самой работы, которые не являются оплатой труда работников (вознаграждением за труд).

Согласно названной позиции выплаты не являются оплатой труда и потому не облагаются страховым взносами, если одновременно они:
— носят социальный характер;
— основаны на коллективном договоре;
— не являются стимулирующими;
— не зависят от квалификации работников, сложности, качества, количества, условий выполнения самой работы;
— не предусмотрены трудовыми договорами.

Несмотря на имеющиеся решения высших судей и наличием судебной практики в пользу страхователей, контролирующие органы по-прежнему настаивают на необходимости начисления страховых взносов со стоимости компенсации работодателями санаторно-курортных и туристических путевок для работников, выплаты единовременной материальной помощи в связи со смертью родственника, выплат выходных пособий работникам в связи с выходом на пенсию.

Судьи в очередной раз подчеркнули, что такие выплаты не связаны с исполнением работником трудовых обязанностей, не являются стимулирующими, не зависят от квалификации работников, сложности, качества, количества, условий выполнения самой работы, не являются оплатой труда и, следовательно, исключаются из базы для исчисления страховых взносов (Постановления АС Дальневосточного округа от 27.09.2018 г. №А73-3641/2018 и от 27.09.2018 г. №А73-3640/2018, Центрального округа от 25.09.2018 г. №А14-14506/2017, Северо-Западного округа от 19.09.2018 г. №А13-19088/2017 и от 11.09.2018 г. №А56-99789/2017).

Продолжение статьи читайте в блоге компании «РосКо — Консалтинг и аудит».

 

Если налоговый орган использует доказательства, запрошенные им в период проведения проверки или дополнительных мероприятий налогового контроля, но полученные уже после их завершения, это не свидетельствует о процедурном нарушении, влекущем отмену его решения. Такое сообщение разместила пресс-служба ФНС на сайте ведомства.

Инспекция во время налоговой проверки организации выявила нарушения и составила акт. В ходе рассмотрения ее материалов налогоплательщик представил новые документы, о которых ранее налоговому органу не было известно. Поэтому инспекция решила провести дополнительные мероприятия налогового контроля, во время которых изъяла и назначила экспертизу оригиналов этих документов. Заключение эксперта, которое было получено уже после завершения дополнительных мероприятий, налоговый орган использовал как одно из доказательств выявленных нарушений. По результатам проверки организация была привлечена к ответственности, и ей доначислили налог.

Налогоплательщик не согласился с инспекцией, посчитав, в том числе, что она нарушила существенные условия процедуры рассмотрения материалов проверки, использовав в качестве доказательства заключение эксперта, которое было получено после даты окончания дополнительных мероприятий. Следовательно, решение налогового органа должно быть отменено.

Суды указали на то, что мероприятия налогового контроля были проведены в срок. Поступление их результатов после завершения проверки или дополнительных мероприятий не свидетельствует о несоблюдении инспекцией существенных условий процедуры. В соответствии со ст. 101 НК РФ инспекция обеспечила налогоплательщику возможность принять участие в рассмотрении акта и материалов проверки, а также представить объяснения по выявленным нарушениям законодательства. Более того, организация письменно сообщила свою позицию на претензии инспекции.

Суды пришли к выводу, что проверка была проведена в установленном порядке, а решение соответствует требованиям налогового законодательства. Верховный суд в определении № 305-КГ18-3300 от 23.04.2018 их поддержал.