vasiltsov.vasi
Блог
«Я отравился в кафе в Анапе, а хозяин сказал: "Сами виноваты"»: как привлечь общепит к ответу — инструкция адвоката Васильцова
«Ребёнок сломал руку на горке в аквапарке Анапы, а администрация сказала: "Сами виноваты"»: как получить компенсацию за травму на отдыхе — инструкция адвоката Васильцова
«Я заплатил за шезлонг и зонтик в Анапе, а меня выгнали с пляжа»: как вернуть деньги за некачественный отдых — инструкция адвоката Васильцова
«Я снял квартиру в Анапе на месяц, а меня выселили через три дня»: как вернуть деньги за курортное жильё — инструкция адвоката Васильцова
Как я попал в ДТП, страховая предложила 30 тысяч, а я отсудил 900 — история адвоката Васильцова
Реальная история из Волгодонска о том, как водитель не согласился с копеечной выплатой по ОСАГО и заставил страховую заплатить по полной.
Как я купил телефон за 120 тысяч, а он умер через неделю — история адвоката Васильцова
Реальная история из Волгодонска о том, как парень купил флагманский смартфон, тот сломался, магазин отказал в возврате, а потом заплатил втрое больше.
Как я заставил директора заплатить мне за все: история одного работника с АЭС и адвоката Васильцова
Реальная история из Волгодонска о том, как человеку не платили зарплату три месяца, уволили без причины, а он пошел к адвокату и вернул втрое больше.
Звонок от «следователя»: как моя клиентка перевела мошенникам три миллиона, а я сказал: «Сбербанк никогда не звонит через WhatsApp»
В моем кабинете на Нагатинской набережной пахло не табаком и не кофе. Пахло стыдом. Тем самым, который испытывает умный, образованный человек, когда понимает, что его развели как ребёнка. Напротив меня сидела Ирина — женщина пятидесяти лет, главный бухгалтер крупной компании. Она положила на стол выписку из банка. Минус три миллиона рублей.
Брачный договор задним числом: как я пытался спасти бизнес клиента, который поверил жене на слово, а она передумала через десять лет
В моем кабинете на Нагатинской набережной пахло не табаком и не кофе. Пахло предательством. Тем самым, которое вызревает годами, а бьет в спину в самый неожиданный момент. Напротив меня сидел Олег — владелец сети автосервисов, мужчина лет пятидесяти, с седыми висками и трясущимися руками. Он положил на стол исковое заявление.
Парковка на газоне: как мой клиент получил штраф за «повреждение зеленых насаждений», а я доказал, что трава — не имущество, пока она не в смете
В моем кабинете на Нагатинской набережной пахло не табаком и не кофе. Пахло абсурдом. Напротив меня сидел Валерий — мужчина лет сорока, в кожаной куртке и с лицом, будто его оштрафовали за преступление, которого нет в Уголовном кодексе. Он бросил на стол постановление.
Залив на миллион: как сосед сверху устроил потоп, а я сказал: «Вода не прощает халатности, но закон — тем более»
В моем кабинете на Нагатинской набережной пахло не табаком и не кофе. Пахло сыростью, штукатуркой и безнадегой. Напротив меня сидела Марина — женщина лет сорока, в домашнем халате поверх джинсов и с мокрым пятном на потолке, которое она сфотографировала на телефон. Она положила на стол папку с фотографиями, чеками и заключением эксперта.
Долг по наследству: как я узнал, что мой покойный отец оставил мне не только квартиру, но и кредит на три миллиона, а банк сказал: «Наследство — это не только активы»
В моем кабинете на Нагатинской набережной пахло не табаком и не кофе. Пахло несправедливостью. Той самой, когда ты еще не успел оплакать родного человека, а тебе уже звонят из банка и требуют денег.
Домашний кактус пополам: как мы делили колючки, горшок и право на полив, а судья сказал: «Цветёт раз в году — не пропустите»
Настенные часы пополам: как мы делили время, маятник и право на бой, а судья сказал: «Часы идут вперёд, даже когда любовь останавливается»
Пульт от телевизора пополам: как мы делили кнопки, право на громкость и график переключения, а судья сказал...
График сна пополам: как мы делили кровать, подушки и право на одеяло, а судья сказал: «Спят по одному, а высыпаются — только вдвоём»
Почтовый ящик пополам: как мы делили квитанции, рекламу и право на чужую переписку, а судья сказал: «Чужие письма не греют, а свои уже не приходят»
Домен пополам: как мы делили сайт, право на доменное имя и клиентскую базу, а судья сказал: «Точка ру — не точка в отношениях»
Напротив меня сидел Глеб — мужчина лет тридцати восьми, в футболке с логотипом собственного интернет-магазина и с глазами, красными то ли от недосыпа, то ли от слез. Он поставил на мой стол ноутбук, развернул ко мне экраном, и я увидел сайт.
Гирлянда пополам: как мы делили новогодние игрушки, право на звезду и график вешания на елку, а судья сказал: «Праздник не делится — он либо есть, либо нет»
В моем кабинете запахло не сигарой и не кофе — запахло мандаринами, хвоей и чем-то неуловимо детским, как в комнате, где только что нарядили елку. Напротив меня сидел Семен Аркадьевич — мужчина лет шестидесяти, в теплом свитере с оленями и с выражением лица человека, которого лишили не просто вещи, а Нового года.
Робот-пылесос пополам: как мы делили гаджет, карту уборки и график дежурства, а судья сказал: «Он не раб, он член семьи»
В моем кабинете запахло не табаком и не духами — запахло пластиком, жженой пылью и легким электрическим разрядом отчаявшейся души. Напротив меня сидела Вероника — женщина лет тридцати пяти, в строгом костюме, но с таким выражением лица, будто её предал не муж, а некто более близкий.