Гарантийные письма. Ужас производственника третьего десятилетия

Не дай бог жить в эпоху перемен. Это устоявшееся выражение, которое кому только ни приписывают. Но есть у меня такое ощущение, что по всему миру к подобным процессам отношение схожее.

Что касается наших территорий, тут перемены не кончаются вообще никогда. И как часто бывает, о хороших временах мы узнаём ретроспективно. Так я узнал о «сытых двухтысячных» и о «верните мне мой 2007».

Всё то же самое касается и бизнеса: мало кто во время хороших дней думает о днях суровых. С 90-х годов мечтой любой малой компании была работа с крупным заказчиком. В первую очередь потому, что это стабильность. Большинство было готово к ужасным срокам как по оплатам, так и по исполнению обязательств, к суровым проверкам, к бюрократии, негибкости, устаревшим расценкам — короче, практически ко всему. Все привыкли, что стабильность стоит дорого. Современная картина мира очень резко поменялась, заставив всех адаптироваться. Для производственников, привыкших к графикам ремонтов и графикам поставок, начался сплошной аврал, не имеющий конкретных сроков и зачастую перетекающий из одного в другой.

В этих спартанских условиях стало популярным такое явление, как гарантийные письма. Сейчас чуть подробнее. Это явление появилось весьма давно и своими корнями уходит в историю — в те времена, когда слово купца было непреложным и обязательства исполнялись беспрекословно. Согласно преданиям, такие договорённости ценились выше любого письменного договора. Именно отголосками этой традиции является ст. 159 ГК РФ. Устный договор имеет юридическую силу, но со значительными ограничениями.

Так вот, в наше время возникла такая специфическая практика, когда договоры о ремонтах заключаются задним числом, уже после закрытия всех объёмов. В том числе часто материал и оборудование могут поставляться за счёт подрядной организации. Иными словами, нарушается принцип, изложенный гениальными Ильфом и Петровым: «Утром деньги, днём стулья, днём деньги, вечером стулья — но деньги вперёд!» Что ставит подрядчиков в крайне рискованное положение.

Как же так получается?

Причин несколько:

— межличностные отношения: люди привыкли так работать, привыкли, что их товарищ их не кинет, но в эпоху перемен в любой момент лицо, принимающее решение, может неожиданно подать в отставку, а все договорённости новым руководителем могут быть пересмотрены;

— крупное предприятие — буквально единственный заказчик в городе;

— обещают большие прибыли;

— обещают длительное сотрудничество (стабильность);

— очень попросили (читай — надавили);

— опасение, что конкурент займёт эту нишу.

Основные риски:

— задержка в оплате;

— невозможность охватить увеличивающиеся объёмы;

— нехватка линейных и инженерных кадров, текучка кадров;

— риск остаться крайним во внутренней политической борьбе;

— неисполнение обязательств субподрядчиками;

— уголовное преследование (ст. 159 УК РФ, ст. 177 УК РФ, 199 УК РФ).

Получается уникальный прецедент, когда производственнику нужно быть и логистом, и кадровиком, и экономистом, и чутким политиком. К этому готовы далеко не все. Дело зачастую не в нежелании, а в банальной хронической усталости.

Что с этим делать?

Подробнее постараюсь разобрать в следующих статьях на конкретных примерах.