Цифровой портрет бизнеса: что добавит к нему обмен данными между ЦБ и ФНС с 2027 года

Недавно я проводила эфир для предпринимателей про тревожность, которая не лечится ни медитацией, ни проработкой мышления. Тревога возникает когда не хватает ясности: вы мчитесь по скоростному шоссе, сверяясь со старой картой и напряжение возникает от несовпадений.

Ясность возвращается с пониманием, как устроены новые правила и что они меняют лично для вас.

Информация про обмен данными между Банком России и ФНС с 2027 года — как раз тот случай, где ясности мало, а тревоги достаточно. Поэтому разбираю по порядку.

У каждого бизнеса сегодня есть цифровой портрет. Не метафора — рабочая картина, которую налоговая собирает непрерывно и без чьей-либо просьбы. Её пополняют банки, контрагенты, маркетплейсы, кассы, регистрирующие органы. Связи между компаниями ФНС видит целиком и в реальном времени — не по запросу, а как данность.

Это происходит не первый год, и большинство собственников знает об этом в общих чертах. Особенность предлагаемого механизма в другом: обмен данными между Банком России и ФНС добавляет к этому портрету операции по личным счетам физических лиц — то, чего в нём раньше автоматически не было.

Поэтому правильный вопрос не «начнут ли следить», а «что именно добавится к картине, которая и так существует».

В марте 2026 года правительственная комиссия по законопроектной деятельности одобрила два связанных законопроекта — № 1191451-8 и № 1191986-8. Оба внесены в Государственную думу. Они предусматривают автоматический обмен сведениями между Банком России и ФНС начиная с 2027 года.

Банк России передаёт ФНС сведения о физических лицах — не об ИП, — у которых операции по счетам имеют признаки предпринимательской деятельности или систематического получения дохода от других физических лиц. Получив такие сведения, налоговая вправе запросить выписку по счёту, не назначая проверку.

Порог, о котором говорят применительно к этому механизму, — около 2,4 млн рублей поступлений в год. Связь сведений с конкретным человеком идёт по ИНН, который указывается при открытии счёта, включая упрощённую идентификацию. Конкретные признаки, форма и периодичность передачи данных, по замыслу, определяются соглашением ФНС и Банка России, а не самим законом.

Само по себе информирование налоговой о счетах — не новость. Банки давно сообщают в ФНС об открытии и закрытии счетов физических лиц (п. 1.1 ст. 86 НК РФ), а сведения об операциях предоставляют по запросу в установленных случаях (п. 2 ст. 86 НК РФ).

Отсюда и точная граница. Раньше налоговая знала о самом факте счёта, а операции по нему могла запросить только в рамках проверки. Реформа переводит это в автоматический режим: сведения об операциях физлиц с признаками предпринимательской деятельности будут передаваться без отдельной проверки.

Новое здесь не появление доступа к операциям, а то, что он перестаёт зависеть от проверки. Механизм встаёт в ряд с тем, что работает много лет, и одновременно переносит границу.

В публикациях об этом механизме три разных понятия соединяют в одно. Именно из этого слипания и рождается ощущение, что происходит что-то принципиально новое.

Законопроект — не действующий закон. Одобрение правительственной комиссией и внесение в Думу — это начало пути, а не его конец. Впереди чтения, Совет Федерации, подпись. До этого корректно говорить «планируется с 2027 года». Разница существенна для любого, кто консультирует: положения второго чтения регулярно расходятся с первой редакцией.

Порог информирования — не порог налога. 2,4 млн рублей — сумма, при которой ФНС узнаёт о счёте автоматически и получает основание запросить выписку. Обязанность заплатить налог возникает не с этой суммы, а по общим правилам НК: если доход облагаемый, он облагается и при 300 тысячах. Порог меняет не налоговую обязанность, а то, узнает ли о поступлениях налоговая и когда.

Не «все переводы», а операции с признаками предпринимательской деятельности. Механизм рассчитан на систематический доход от других физических лиц, а не на бытовые переводы. Исключение для переводов между близкими родственниками сейчас обсуждается — именно обсуждается, а не гарантировано, и обещать здесь твёрдое «родственников не тронут» преждевременно.

Судебной практики по механизму нет и быть пока не может.

Формально реформа про физических лиц. Фактически она достаёт до бизнеса — там, где личная карта собственника много лет работает как расчётный счёт.

Так выглядит бизнес, который вырос быстрее, чем его расчёты: есть компания со своей отчётностью, а часть выручки годами приходит на личный счёт. Аренда небольшого помещения, розница, оплата от постоянных заказчиков «чтобы не гонять по расчётному». Отдельно переводы от партнёра, отдельно возвраты от сотрудников, отдельно своё же перекладывание между картами. В управленческом смысле это не схема, а привычка: сложилось, когда бизнес был меньше, и с тех пор ничего не изменилось.

До сих пор эта привычка держалась в стороне от портрета по простой причине: чтобы её увидеть, налоговой нужно было прийти. С автоматическим обменом два портрета — компании и её собственника — перестают быть отдельными картинами. Насколько личное отделено от бизнеса, показывают не намерения и не объяснения, а то, куда фактически приходят деньги.

Это управленческий вопрос до того, как он станет налоговым.

Начать стоит с аудита личных счетов за последние два-три года: разделить поступления, связанные с деятельностью компании, и бытовые.

Разбирая связанные поступления, важно понимать не как перевод назван, а что за ним стоит. Не всякое поступление является доходом. Возврат займа, подотчётные суммы, перевод между своими же счетами — не доход, если за ними действительно стоит реальная операция: выданный заём или собственные деньги.

Налоговая смотрит не на подпись к переводу, а на реальность операций, например, наличие договора займа с указанием срока возврата денежных средств, подтверждение денежных средств выданных под отчет.

Посмотреть на регулярность. Единичный крупный перевод и ежемесячные поступления от одних и тех же лиц — принципиально разные картины, и признаки предпринимательской деятельности читаются как раз во второй.

Следить, чтобы у всех поступлений было документальное подтверждение. Если сумма пришла и объясняется только устной договорённостью, объяснять придётся по памяти.

Две темы часто объединяют. Цифровой рубль — отдельная история, я разбирала её в статье «Цифровой рубль с 1 сентября: в какую волну попадает ваш бизнес». Здесь речь идет о другом: о сведениях по счетам в обычных банках. Разные законопроекты, разная логика, разные сроки.

Информация по вашим личным счетам добавится к вашему цифровому портрету. Вопрос только в том, увидите вы свою картину сами или впервые вместе с налоговой.

Порядок стоит навести заранее. Провести аудит личных счетов, разобрать операции по существу, подобрать необходимые документы, — на это нужно время, чтобы успеть до 2027 года.

Если хотите сделать это вместе со мной — напишите в Telegram, @NataliaDBA. На консультации мы разбираем ваш цифровой портрет: что в нём уже есть, что добавится с 2027 года, какие поступления связаны с деятельностью, где налоговые риски могут возникнуть и что с ними делать. В результате вы получаете реальную картину и понимаете, что именно увидит налоговая.

Собственно, в этом вся разница. Не в том, что налоговая начнёт видеть больше, а в том, видите ли свой бизнес целиком вы сами.

Про налоговые и управленческие риски пишу у себя на канале @Fateeva_DBA.

Наталья Фатеева, налоговый консультант, DBA. Смотрю на бизнес через налоги.