23 января заместитель руководителя УФНС России по Красноярскому краю Д.А. Давыдова впервые публично озвучила информацию о проводимой в налоговых органах реформе.
По словам Заместителя руководителя Управления, в стране идёт масштабная реорганизация налоговых органов, предполагающая укрупнение инспекций. Ранее подобные изменения в открытом информационном поле практически не обсуждались, а официальные сигналы о реформе не звучали.
О проведении этой реформы мне было известно ещё летом прошлого года, однако до момента, пока информация не прозвучала публично от должностного лица, комментировать её для широкой аудитории я не мог. Ниже — известные подробности с учётом озвученного официально, а также моя позиция по тому, к чему подобные изменения могут привести на практике.
🏛 Укрупнение как общая линия реформы
ФНС переходит к жесткой оптимизации своей структуры. Красноярский край здесь выступает как наглядный пример того, что будет происходить (или уже происходит) в других субъектах.
Суть реформы — централизация и укрупнение. На примере одного региона мы видим радикальное сокращение количества инспекций: с 18 мая 2026 года из 11 действующих ИФНС останется только 8. Инспекции в крупных промышленных центрах (Норильск, Канск, Минусинск) теряют самостоятельность и присоединяются к инспекциям в краевом центре.
Фактически это означает ликвидацию самостоятельных единиц на местах и создание «мега-инспекций», обслуживающих огромные территории.
И да, подчеркивается, что для налогоплательщиков существенных изменений в доступе к услугам не ожидается: операционные залы сохраняются, возможность обращения «на месте» должна остаться.
По всей видимости на месте «старых» инспекций откроются ТОРМы (территориально обособленное рабочее место). Но насколько ТОРМы смогут решать нестандартные ситуации — вопросы по проверкам, спорным начислениям, сложным требованиям, уточнениям по НДС и т.п. — пока не очевидно.
И из этого следует логичный вопрос: где будет приниматься решение по таким вопросам — на месте или уже в укрупнённом центре, и не приведёт ли это к тому, что по существенным вопросам налогоплательщикам придётся взаимодействовать с «мегаинспекцией» фактически удалённо или через поездки.
📌Что это означает для налогоплательщиков
Заявление о сохранении операционных залов само по себе позитивное, но сервисность определяется не табличкой на входе, а ресурсом: количеством сотрудников, скоростью обработки обращений, возможностью дать разъяснение и «доработать» нестандартную ситуацию.
Если одновременно сокращается структура и усиливается контрольно-аналитическая нагрузка (камеральный контроль, риск-аналитика, мероприятия по «обелению»), возникает вопрос — чем будет компенсироваться рост задач.
Так, как следствие ограниченного ресурса при высокой нагрузке, баланс легко может сместиться в сторону шаблонного администрирования и обезличенного взаимодействия через цифровые каналы.
💡К чему готовиться?
Сложилась парадоксальная ситуация: нагрузка на систему растет (особенно в условиях повышенного внимания к бизнесу в свете налоговых реформ и общего тренда на обеление), а «физическое присутствие» инспекторов сокращается.
При неблагоприятном сценарии налогоплательщики могут почувствовать не «упрощение», а обратный эффект:
Во первых: снижение доступности. Достучаться до живого инспектора, принимающего решения, станет сложнее. Центры принятия решений смещаются в головные офисы регионов, отдаляясь от налогоплательщика «на земле».
Во-вторых: формализация. При высокой нагрузке на оставшихся сотрудников время на индивидуальный разбор ситуаций сократится. Взаимодействие рискует окончательно уйти в плоскость формальных отписок и электронного документооборота.
Добавьте к этим двум пунктам основную задачу, которую сейчас ставят перед ФНС и вы получите, что единственным решением сохранить эффективность будет «рост автоматизации», так как в условиях нехватки рук ФНС будет вынуждена еще больше полагаться на алгоритмы (АСК НДС, автоматические требования) и поэтому вероятность получить «машинный» запрос, не учитывающий специфику вашего бизнеса кратно возрастает.
📌Резюме
В условиях одновременного роста нагрузки и сокращения штата система неизбежно будет опираться на автоматизацию и шаблонные процедуры. Поэтому ключевой риск для налогоплательщика — не в том, что «инспекция закрылась», а в том, что диалог станет сложнее, а запросы и требования — более формальными и массовыми.
Будем конечно надеется, что ФНС знает, что делает, и неблагоприятные прогнозы так и останутся только прогнозами.
Если вам важно понимать логику, с которой налоговые органы принимают решения, я освещаю такие темы в своём Telegram-канале 👉 «Налоговый инсайдер» — https://telegram.me/naloginsider. За плечами более 10 лет работы в Федеральной налоговой службе (ИФНС/УФНС), поэтому делюсь взглядом «изнутри» на налоговое администрирование, проверки и новые правила.
