Можно ли взыскать с заказчика расходы на независимую гарантию по 44-ФЗ

Независимая гарантия по госконтракту может стоить десятки и даже сотни тысяч рублей. Победитель закупки оплачивает ее не по собственной инициативе: обеспечение исполнения контракта зачастую является обязательным условием его заключения. Но если контракт в итоге не заключен либо прекращен раньше срока, возникает вопрос, кто должен нести эти расходы.

Судебная практика в целом складывается в пользу поставщика или подрядчика, если расходы на гарантию остались некомпенсированными из-за действий заказчика либо по причинам, не зависящим от исполнителя. Верховный Суд также признает такие расходы убытками, если подрядчик рассчитывал возместить их за счет исполнения контракта, но лишился этой возможности.

Автор: адвокат, кандидат юридических наук, адвокат года 2026 (РБК, Торгово-промышленная палата России) Андрей Мильский. Более 10 лет защищаю интересы бизнеса в арбитражных судах, сопровождаю корпоративные, налоговые и банкротные споры, представляю интересы компаний в конфликтах с контрагентами и государственными органами.

Да, в определенных случаях комиссию банка можно взыскать с заказчика как убытки.

Логика судов достаточно понятная. Участник закупки получает гарантию для конкретной цели — заключить и исполнить контракт. Расходы предполагается компенсировать из цены контракта.

Если контракт не исполняется по причинам, за которые отвечает заказчик, подрядчик лишается того источника, за счет которого рассчитывал покрыть комиссию банка. Поэтому соответствующие затраты могут квалифицироваться как прямые убытки.

Этот подход закреплен и Верховным Судом: расходы на независимую гарантию по контракту, прекращенному из-за поведения заказчика, подлежат возмещению при наличии причинной связи между нарушением и понесенными расходами.

Судебная практика здесь довольно последовательна: если подрядчик оформил гарантию именно для исполнения требований закупки, а контракт сорвался по вине заказчика или по причинам, не зависящим от подрядчика, комиссия банка не обязательно остается предпринимательским расходом самого исполнителя.

Да, и такая ситуация встречается довольно часто.

Например, участник признается победителем, оформляет гарантию и оплачивает комиссию. Затем контрольный орган отменяет результаты закупки из-за нарушения, допущенного заказчиком, либо заказчик незаконно признает победителя уклонившимся.

Контракт в итоге не заключается, однако деньги за гарантию уже потрачены.

В практике Волго-Вятского округа участник получил возмещение после отмены закупки: гарантия была оформлена еще до того, как победитель мог узнать о допущенном заказчиком нарушении. Суд счел, что участник действовал добросовестно и не должен нести соответствующие расходы.

Такой же подход применяли Восточно-Сибирский, Московский, Северо-Западный и Уральский округа.

Если односторонний отказ заказчика впоследствии признан незаконным, позиция подрядчика особенно сильная.

В таком случае есть прямая цепочка:

подрядчик оплатил гарантию → заказчик неправомерно прекратил контракт → подрядчик лишился возможности заработать по контракту и компенсировать комиссию.

Дальневосточный округ рассматривал именно такую ситуацию. Заказчик расторг контракт в одностороннем порядке, а впоследствии суд установил отсутствие нарушения со стороны подрядчика. Расходы на банковскую гарантию взыскали в составе убытков.

Аналогичный принцип применяется, когда подрядчик сам прекращает контракт, но вынужден сделать это из-за нарушений заказчика.

Заказчики регулярно используют этот довод: участник сам решил участвовать в закупке, сам выбрал гарантию в качестве обеспечения и должен был учитывать банковскую комиссию как обычные расходы бизнеса.

Но эта позиция работает не всегда.

Суды обращают внимание на то, что предоставление обеспечения исполнения контракта предусмотрено Законом № 44-ФЗ. Победитель не может просто отказаться от обеспечения и при этом потребовать заключения контракта.

Уральский округ прямо указал: расходы на комиссию нельзя относить к обычному предпринимательскому риску, если участник добросовестно оформил обеспечение, а контракт не состоялся вследствие обстоятельств, о которых участник не знал и не мог знать.

Такой подход соответствует позиции Верховного Суда по независимым гарантиям.

Это уже более интересная ситуация.

В практике встречается подход, при котором расходы взыскиваются даже при отсутствии противоправного поведения заказчика, если контракт прекращен по причинам, не зависящим от подрядчика.

Дальневосточный округ рассматривал спор, где договор был расторгнут в связи с недостаточностью финансирования. Суд указал, что гарантия оформлялась во исполнение обязательного требования закона, а подрядчик не получил возможности компенсировать комиссию за счет исполнения контракта. Расходы возложили на государственного заказчика.

Еще свежее дело рассмотрел Московский округ в июне 2026 года. Работы были остановлены по инициативе заказчика, затем контракт расторгли соглашением сторон по обстоятельствам, не зависящим от генподрядчика. Комиссию за банковскую гарантию также взыскали.

Получается, что для подрядчика важна не только вина заказчика. Суд может исследовать, по чьей стороне в конечном счете должен остаться риск обязательных расходов на обеспечение, если подрядчик сам не стал причиной прекращения контракта.

Еще один типичный аргумент заказчика: подрядчик мог обратиться в банк, прекратить гарантию и вернуть хотя бы часть комиссии.

Верховный Суд этот подход не поддержал.

Независимая гарантия обладает самостоятельным характером. Основания ее прекращения установлены законом, и принципал не может в одностороннем порядке прекратить обязательства гаранта только потому, что основной контракт прекратил действовать.

Поэтому само по себе отсутствие попыток подрядчика «отозвать гарантию» не означает, что он не принял меры к уменьшению убытков.

Для спора это существенный момент: заказчику недостаточно сказать, что исполнитель якобы мог договориться с банком о возврате комиссии.

Наиболее очевидный вариант — непосредственно комиссия банка за выдачу независимой гарантии.

Но дополнительные расходы требуют более осторожной оценки.

В одном из споров суд признал возмещаемой стоимость самой гарантии, однако отказал во взыскании агентского вознаграждения и комиссии за срочность. Суд посчитал, что эти суммы уже не находятся в такой же прямой причинной связи с действиями заказчика.

Поэтому подрядчику важно отделить:

• обязательную банковскую комиссию за выдачу гарантии;

• дополнительные комиссии банка;

• оплату посредников;

• агентские услуги;

• повышенную плату за срочное оформление.

Чем дальше расход находится от обязательного обеспечения исполнения контракта, тем сложнее доказать, что именно заказчик должен его компенсировать.

Для такого иска недостаточно просто приложить платежное поручение банку.

Необходимо показать всю причинную цепочку.

Нужно подтвердить, что гарантия была оформлена именно для конкретной закупки или контракта, ее предоставление требовалось законом или документацией закупки, комиссия фактически уплачена, а возможность компенсировать эти расходы исчезла вследствие прекращения или незаключения контракта.

Также потребуется доказать обстоятельства, по которым контракт не был заключен или был прекращен.

Особенно сильная позиция возникает, когда уже имеется решение ФАС или суда, подтверждающее незаконность действий заказчика.

Расходы на обеспечение контракта не всегда должны оставаться на стороне поставщика.

Если компания добросовестно победила в закупке, оплатила гарантию и была готова исполнять контракт, но не смогла этого сделать по причинам, связанным с действиями заказчика, комиссия банка может быть взыскана как прямой убыток.

Причем современная практика идет дальше: в отдельных случаях суды взыскивают расходы и тогда, когда контракт прекращен без установленной вины заказчика, если причины прекращения не зависели от самого подрядчика.

Поэтому после расторжения или срыва госконтракта имеет смысл считать не только стоимость уже выполненных работ и упущенные платежи. Комиссия за независимую гарантию тоже может быть самостоятельной частью требований к заказчику.