Защита от субсидиарной ответственности
На примере генерального директора подрядчика стадиона ВТБ Арена Динамо показываем, как строить защиту от субсидиарки.
Добрый день.
Тема нынче популярная. Привлекают всех, кого не лень: директоров, бухгалтеров, юристов, собственников. Мы специализируемся на защите КДЛ от субсидиарной ответственности.
Расскажем о последнем деле: Защита топ-менеджмента подрядчика ВТБ Арена Динамо от субсидиарной ответственности.
Конкурсный управляющий решил привлечь по всем возможным основаниям: и не передача документов, и не созыв собрания, и не подача заявления о банкротстве, и вывод средств, и причинение вреда интересам кредиторов.
Чем была сложна задача?
Родственные связи, выдача займов от банкрота к физическому лицу родственнику генерального директора, плюс отрицательная бухгалтерская отчетность.
Как действовали мы?
Привлекли свидетеля в арбитражный процесс.
Указали объективную дату наступления неплатежеспособности.
Указали на получение должником 45 миллионов рублей после выдачи займов.
Опровергли аффилированность по займам.
Убедили суд, что собрание участник проводить не обязан в силу положений ФЗ об ООО.
Доказали на основании акта приема-передачи (составленную без даты) дату передачи документов в адрес конкурсного управляющего.
Сопоставили суммы займов против масштаба деятельности должника.
Указали на действия генерального директора после наступления даты объективного банкротства.
Если Вы оказались в такой ситуации и Вас привлекают к субсидиарной ответственности позвоните нам +7 495 21-21-098 или напишите на mail@jklaw.ru
Мы с радостью расскажем о нашем опыте и постараемся решить Вашу проблему вместе.
Для подтверждения своего выбора, ознакомьтесь с нашей презентацией
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.