Бизнес в запретной сети: что можно, что нельзя
Можно ли бизнесу пользоваться запрещенными соцсетями? Отвечаем на этот вопрос.
Вопрос
Инстаграм1* сейчас считается экстремистским ресурсом, но у меня в этой соцсети есть популярный аккаунт для бизнеса.
Что будет, если я продолжу публиковать посты? Не признают ли меня экстремистом?
Мнение эксперта
Тверской районный суд признал компанию Meta1 экстремистской. После завершения апелляции об этом будет необходимо сообщать при любом упоминании Инстаграма1* и Фейсбука1*.
Уже сейчас запрещено пользоваться логотипами этих соцсетей — они считаются экстремистской символикой, и размещать ссылки с приглашениями — их могут рассматривать как вовлечение в экстремистскую организацию — и .
Само использование Инстаграма1* не запрещено — ни для обычных людей, ни для бизнеса. Вы можете размещать новые посты, в том числе рекламные — главное не пользоваться рекламным кабинетом (но Meta1* и так заблокировала его для россиян). Публикация поста про новый напиток в кофейне или новый график работы никак не связаны с участием в экстремистской деятельности.
Поскольку Инстаграм1* заблокирован на территории России, вам понадобится VPN. Использование VPN-сервисов не запрещено — есть только требование о том, что они должны передавать информацию о трафике российским властям. Но в будущем запрет возможен, поэтому стоит следить за новостями.
* Инстаграм1 и Фейсбук1 принадлежат компании Meta1, которую российский суд признал экстремистской.
Ответ подготовил Михаил Носков, эксперт сервиса для предпринимателей Контур.Эльба
Все для бухгалтера в экосистеме Контур
Обучение, ведение учета, сдача отчетности, сверки по НДС, проверка контрагентов, ЭДО и многое другое
Получите персональную консультацию!
- Деятельность компании Meta Platforms Inc. (Facebook и Instagram) на территории РФ запрещена
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.