Жалоба ушла в другой регион: зачем ФНС готовит центры компетенции и что делать бизнесу

С 1 сентября 2026 года меняется порядок рассмотрения жалоб налогоплательщиков. Формально жалоба по-прежнему подается в вышестоящий налоговый орган, но рассматривать ее сможет не только он, а еще и другой налоговый орган, которому ФНС даст соответствующие полномочия. Это следует из нового пункта 1.1 статьи 140 НК РФ, внесенного Федеральным законом от 28.11.2025 № 425-ФЗ.

Компания из Москвы может подать жалобу в привычном порядке, но разбирать ее по существу потенциально будет уполномоченное подразделение в другом регионе.

Не потому что бухгалтер плохо вел себя в прошлом налоговом периоде, а потому что ФНС переходит к экстерриториальной модели распределения нагрузки.

СПРАВКА: Экстерриториальная модель — это порядок работы госоргана, при котором вопрос гражданина или организации рассматривается не обязательно по месту нахождения заявителя, компании или инспекции, а тем подразделением, которое определено системой: по нагрузке, специализации, компетенции или внутреннему распределению.

И вот здесь появляется тема центров компетенции. В самом НК РФ термин «центр компетенции» применительно к жалобам пока прямо не закреплен. Закон говорит об «уполномоченном налоговом органе». Но логика понятна: ФНС постепенно уходит от модели «каждый регион сам варится в своем налоговом супе» к модели специализации — одни подразделения лучше разбирают задолженность, другие контрольную работу, третьи отдельные категории споров.

Что такое центры компетенции ФНС

Центр компетенции — это специализированное подразделение или инспекция, куда централизованно передают определенные функции. Не просто «еще один кабинет с гербом», а орган, который концентрирует экспертизу по конкретному направлению.

Такая модель уже встречается в системе ФНС. Например, на сайте ФНС Межрайонная ИФНС № 11 по Ленинградской области прямо обозначена как центр компетенции по управлению долгом и контрольной работе; там централизованы функции по налоговому контролю, планированию и проведению выездных проверок, взысканию задолженности с физических лиц и работе с арбитражными управляющими.

То есть сама идея не новая. Новое — ее возможное распространение на досудебное урегулирование налоговых споров. И это уже гораздо интереснее для бухгалтеров, директоров и налоговых юристов.

Что произошло сейчас

Федеральный закон № 425-ФЗ дополнил статью 140 НК РФ новым пунктом 1.1. По нему жалоба или апелляционная жалоба может рассматриваться либо тем вышестоящим органом, куда она подана, либо налоговым органом, который ФНС наделит полномочиями вышестоящего органа по рассмотрению жалоб. Также вводится фигура уполномоченного должностного лица, которое сможет участвовать в рассмотрении жалобы.

При этом порядок подачи жалобы принципиально не ломается. По статье 139 НК РФ жалоба подается в вышестоящий налоговый орган через налоговый орган, чьи действия или решение обжалуются; инспекция должна направить жалобу со всеми материалами дальше в течение трех дней.

Важная деталь: досудебный порядок по налоговым спорам никуда не исчезает. По статье 138 НК РФ многие акты налоговых органов, действия и бездействие должностных лиц можно оспаривать в суде только после обжалования в вышестоящий налоговый орган.

То есть бизнесу не дают кнопку «сразу в суд, потому что я устал». Сначала — жалоба в ФНС. Просто теперь ее фактическое рассмотрение может стать более распределенным.

Откуда это взялось и почему бизнесу не стоит делать вид, что это “просто техническая поправка”

ФНС уже давно движется к модели, в которой налоговые вопросы рассматриваются не только по месту учета налогоплательщика, а там, где системе удобнее, быстрее и профессиональнее. Это называется экстерриториальный подход: сегодня ваша компания стоит на учете в одном регионе, а отдельные действия, проверки или жалобы могут фактически обрабатываться другим уполномоченным налоговым органом.

И это не фантазия из презентации про цифровое будущее, а вполне реальная налоговая архитектура, которая постепенно собирается у нас на глазах. С 2026 года НК РФ уже допускает, что камеральную проверку может проводить не только та инспекция, куда налогоплательщик подал декларацию, но и иной налоговый орган, уполномоченный ФНС. Налогоплательщика при этом уведомят, но суть от этого не меняется: привычная связка «моя декларация — моя инспекция — мой регион» начинает размываться.

Та же логика теперь приходит и в досудебное обжалование. С 1 сентября 2026 года жалобу или апелляционную жалобу сможет рассматривать не только вышестоящий налоговый орган того же региона, но и иной уполномоченный налоговый орган, которому ФНС передаст соответствующие полномочия. Формально это закреплено через изменения в статью 140 НК РФ, внесенные Федеральным законом от 28.11.2025 № 425-ФЗ.

На бумаге все выглядит аккуратно: распределение нагрузки, повышение качества рассмотрения жалоб, специализация, единообразие практики. Но бизнесу важно понимать не красивую управленческую легенду, а практический смысл: спор может попасть не к тем, кто “примерно знает местную ситуацию”, а к подразделению, которое каждый день разбирает однотипные налоговые конфликты и быстрее видит слабые места.

Особенно это касается компаний, которые обжалуют решения по камеральным и выездным проверкам, спорят по НДС, налогу на прибыль, УСН, дроблению бизнеса, необоснованной налоговой выгоде, получают требования, решения о взыскании, блокировки счетов или отказы в возмещении НДС.

Отдельная зона риска — те, кто по старой привычке рассчитывает, что «в своем регионе как-нибудь договоримся» или «нас там знают». В новой модели это уже слабая стратегия. Налоговый спор все меньше похож на разговор “мы нормальная компания, поверьте нам” и все больше — на документальный экзамен, где за каждую фразу в жалобе придется отвечать актами, договорами, платежами, перепиской, логистикой, деловой целью и экономическим смыслом.

Главный риск не в том, что жалоба физически “уедет” в другой регион. Сам по себе другой регион не страшен. Страшно то, что жалобу может смотреть более специализированный орган, который не будет долго раскачиваться и быстрее спросит: кто реально исполнял договор, были ли у контрагента сотрудники и ресурсы, совпадает ли движение денег с хозяйственной логикой, кто вел переписку, где транспортные документы, почему цена именно такая, зачем вообще была нужна сделка и почему акты выглядят идеально, а реальность — как грустная таблица Excel после ночного восстановления учета.

Поэтому фраза «у нас все документы есть» уже не защита. Это только входной билет в спор. Дальше ФНС будет смотреть, подтверждают ли эти документы реальную хозяйственную операцию или просто создают красивую бумажную декорацию.

Нормативная база здесь тоже вполне конкретная: статья 138 НК РФ регулирует порядок обжалования актов налоговых органов, действий и бездействия должностных лиц; статья 139 НК РФ — порядок и сроки подачи жалобы; статья 139.1 НК РФ — апелляционную жалобу на решение по налоговой проверке; статья 140 НК РФ — порядок рассмотрения жалобы и апелляционной жалобы; пункт 61 статьи 1 Федерального закона от 28.11.2025 № 425-ФЗ вводит новый подход с возможностью рассмотрения жалобы уполномоченным налоговым органом; статья 88 НК РФ важна для камеральных проверок, статья 89 НК РФ — для выездных проверок, статья 101 НК РФ — для рассмотрения материалов проверки, статья 122 НК РФ — для штрафов в размере 20% от неуплаченной суммы налога, а при умысле — 40%.

Если спор крупный и налоговый орган видит не ошибку, а признаки умышленного уклонения, нельзя забывать и про статью 199 УК РФ: там уже начинается совсем другой уровень разговора, где бухгалтерские пояснения могут внезапно перестать быть просто бухгалтерскими.

При этом важно честно сказать: писем Минфина и ФНС именно по будущей практической работе центров компетенции по жалобам пока может быть недостаточно. Термин «центр компетенции» применительно к жалобам еще нужно будет смотреть по будущим актам, внутренним регламентам и разъяснениям ФНС.

Поэтому ближе к 1 сентября 2026 года реквизиты писем, судебную практику и реальные правила распределения жалоб нужно будет отдельно проверять по актуальным правовым базам. Но общий тренд уже понятен: ФНС строит систему, где спор будет выигрывать не тот, кто громче возмущается, а тот, кто заранее собрал доказательства.

Жалоба в ФНС больше не должна быть “письмом надежды”. Это должен быть полноценный документ защиты с фактами, расчетами, доказательствами, правовой логикой и понятным объяснением, почему выводы инспекции ошибочны.

И чем быстрее бизнес это поймет, тем меньше будет сюрпризов в стиле: “Мы думали, это просто формальность, а нам утвердили доначисления”.

Позиция налогового консультанта

На мой взгляд, главный риск новой модели не в том, что жалобу будут рассматривать «где-то далеко». География здесь вторична: налоговый спор не становится хуже только потому, что его посмотрят не в вашем регионе.

Настоящий риск в другом — ФНС постепенно строит более специализированную систему налогового администрирования, где жалобы, проверки и отдельные категории споров могут попадать к тем, кто каждый день разбирает именно такие ситуации.

Для добросовестного бизнеса в этом есть плюс: теоретически жалобы должны рассматриваться профессиональнее и единообразнее. Но для компаний, у которых документы собраны “на честном слове директора”, первичка живет отдельно от реальности, а деловая цель сделки объясняется фразой «так было удобно», новая модель может стать неприятным ускорителем проблем. Формальная защита будет работать все хуже.

Жалоба в ФНС больше не должна быть пересказом возражений в стиле «мы не согласны, потому что не согласны». Это должен быть самостоятельный документ защиты: с фактами, расчетами, доказательствами, ссылками на нормы, разбором каждого довода инспекции и понятной логикой хозяйственной операции.

Второе — доказательства реальности сделок нужно собирать заранее, а не после акта проверки, не после решения и не в тот момент, когда директор заходит в бухгалтерию с лицом человека, который только что узнал про доначисления на 30 миллионов.
В обычной работе должны храниться не только договоры, акты и счета-фактуры, но и переписка, заявки, транспортные документы, подтверждение ресурсов контрагента, деловая цель, внутренние согласования и все то, что показывает: операция была не бумажной декорацией, а реальным бизнесом.

Третье — нужно следить за подзаконными актами и разъяснениями ФНС: именно они покажут, как на практике будут работать уполномоченные налоговые органы, кто будет рассматривать жалобы, как налогоплательщиков будут уведомлять и появятся ли полноценные центры компетенции по отдельным категориям споров.

ФНС готовит не просто новый маршрут для жалоб, а систему, в которой налоговый спор будет меньше зависеть от региона и больше — от качества документов, доказательств и аргументации.

Эпоха «сдадим жалобу на трех страницах и посмотрим» заканчивается. Теперь “посмотрим” может посмотреть специализированный орган — быстро, внимательно и, возможно, совсем не так романтично, как хотелось бы бизнесу.

Поэтому если у вас уже идет налоговая проверка, пришло требование из ФНС, есть риск доначислений, блокировки счета или спора с инспекцией, лучше не ждать, пока ситуация перейдет в жанр налогового триллера. Можно обратиться за консультацией. Если хотите разобраться с налоговыми льготами, вычетами и дополнительными материалами — полезные материалы здесь. Мои книги по налогам и бухгалтерскому учету — здесь.

Если статья была полезной — подпишитесь, поставьте лайк и сохраните материал. Бухгалтерская память — вещь мощная, но кнопка «сохранить» иногда дешевле налогового спора. А хорошая консультация до проверки часто дешевле, чем героическая оборона после слов инспектора: «Мы тут немного доначислили».

Ваш налоговый консультант, Евгений Сивков