Около 31 млн рублей за дизайн сандалий: дело «Спортмастер» — «Кари»

Многие ритейлеры и селлеры живут с простой логикой: «Мы обувь не шьём, мы её закупаем. Если с правами что-то не так, отвечает фабрика». 22 октября 2026 года Суд по интеллектуальным правам показал, чем она может обернуться: он оставил в силе решения нижестоящих судов о взыскании с «Кари» в пользу «Спортмастера» компенсации около 31 млн рублей за продажу женских сандалий с чужим дизайном.

Спор шёл не о товарном знаке и не о патенте, а об авторском праве на дизайн обуви, который суды признали служебным произведением сотрудницы истца. Для всех, кто продаёт товары поставщиков, это повод пересмотреть закупочные договоры.

Основной источник — новость Суда по интеллектуальным правам от 22.10.2026. Полного текста постановления я на момент подготовки статьи не видел, поэтому опираюсь только на неё.

«Спортмастер» заявил, что в сандалиях, которые продавала «Кари», использован дизайн его модели Demix Rio 3. Обувь продавалась в магазинах ответчика, на его сайте и на маркетплейсах. После изменения исковых требований компенсация составила около 31 млн рублей. Третьим лицом в деле участвовал китайский производитель Ziyang Rongxie Import and Export Trade Co., Ltd.

Истец доказывал, что дизайн разработала его сотрудница в период с августа 2021 года по апрель 2022 года в рамках трудовых обязанностей. Доказательства: трудовой договор, должностная инструкция, объяснения дизайнера и нотариальный протокол осмотра переписки и данных в программе FlexPLM.

«Кари» возражала по трём линиям. Первая: компания сама обувь не производит, а продаёт товары поставщиков. Вторая: дизайн якобы создал ещё в 2020 году сотрудник китайской фабрики, в подтверждение представили уведомления за март и апрель 2020 года, трудовые договоры и пояснения. Третья: в дизайне нет творчества, только традиционные элементы, продиктованные назначением обуви.

Первая инстанция иск удовлетворила, апелляция согласилась, кассация оставила оба акта без изменения. По сообщениям СМИ (Вестник ИП, Oborot.​ru), иск изначально подавали примерно на 1,3 млн рублей, а сумма выросла до 30,96 млн после того, как суд запросил у оператора системы маркировки «Честный знак» сведения о проданных парах. Там же сообщается, что решение первой инстанции принято в феврале 2026 года. В новости суда этих деталей нет.

Ст. 1259 ГК РФ прямо называет произведения дизайна объектами авторских прав, причём независимо от их достоинств и назначения. Регистрация для этого не нужна: право возникает в момент создания. Патент на промышленный образец — отдельный, более сильный инструмент, но его отсутствие не означает, что дизайн можно копировать.

Довод «здесь нет ничего оригинального» суды отклонили, и это ожидаемо. По п. 80 постановления Пленума ВС № 10 от 23.04.2019 творческий характер презюмируется, а отсутствие новизны, уникальности или оригинальности само по себе не говорит о том, что результат не охраняется. В деле суды отдельно оценили как творческие общую концепцию модели, проработку подошвы, текстильной части и цветовых сочетаний.

Охраняется не идея «сандалии на толстой подошве», а конкретное внешнее решение (идеи и концепции авторское право не охраняет, п. 5 ст. 1259 ГК РФ). Если похожая модель создана самостоятельно, это не нарушение (п. 95 того же постановления). Поэтому спор о дизайне — всегда спор о доказательствах: кто, когда и как создал модель.

По ст. 1295 ГК РФ исключительное право на произведение, созданное работником в пределах трудовых обязанностей, принадлежит работодателю, если договором не предусмотрено иное. Но доказать это должен сам работодатель: что создание дизайна входило в обязанности сотрудника и что модель создана именно в их рамках (п. 104 постановления Пленума № 10).

«Спортмастер» с этим справился: трудовой договор и должностная инструкция показывают обязанности, а история в PLM-системе и переписка, зафиксированные нотариусом, показывают процесс и даты. Китайская сторона тоже представила документы с более ранними датами, но суды их не приняли. Мотивировку покажет постановление, но практический вывод виден уже сейчас: выигрывает тот, чьи доказательства создания модели выглядят как живой рабочий процесс, а не как набор бумаг, подготовленных к спору.

Распространение контрафактных экземпляров нарушает исключительное право независимо от того, изготовил их нарушитель сам или купил у третьих лиц (п. 96 постановления Пленума № 10). Правообладатель вправе предъявить требование тому, кто продаёт товар в России, а не искать фабрику за границей.

Отсюда главный риск для ритейла и селлеров. Компенсацию закон позволяет считать по-разному: в твёрдой сумме либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (ст. 1301 ГК РФ). При втором способе сумма прямо зависит от числа проданных пар: чем больше оборот и чем проще его посчитать, тем выше требование. Какой способ расчёта и какую редакцию ст. 1301 применили в этом деле, из новости суда не видно, а с 4 января 2026 года статья действует в новой редакции.

Если сведения СМИ о «Честном знаке» верны, вывод неприятный. Маркировка делает продажи прозрачными не только для государства, но и для правообладателя и суда. Объём продаж, который раньше приходилось восстанавливать по косвенным данным, может оказаться в ответе на один судебный запрос.

Есть и смягчающая норма. С 4 января 2026 года действует ст. 1252.1 ГК РФ, которая позволяет снизить компенсацию предпринимателю, если он не знал и не должен был знать о нарушении. Применялась ли она в этом деле, неизвестно. Рассчитывать на неё без документов не стоит: «не должен был знать» придётся доказывать.

Пример ниже условный. Сеть закупает у фабрики коллекцию летней обуви, в договоре написано только «поставщик гарантирует качество». Через год приходит претензия от бренда, который доказывает служебное авторство своего дизайнера. Сеть платит компенсацию, а переложить её на фабрику трудно: в договоре нет ни заверений о правах, ни обязанности возместить потери.

Чтобы не оказаться на её месте, я бы проверил несколько вещей.

1. Заверения поставщика о правах на дизайн (ст. 431.2 ГК РФ): модель создана самим поставщиком или его работниками, права не нарушают права третьих лиц.

2. Условие о возмещении потерь (ст. 406.1 ГК РФ) на случай претензий правообладателей, включая компенсацию и судебные расходы.

3. Подтверждения авторства с датами: эскизы, исходные файлы, данные из системы разработки, договоры с дизайнерами. В этом деле уведомлений и трудовых договоров фабрики оказалось недостаточно, значит, нужно больше, чем формальные бумаги.

4. Сравнение новых моделей с ассортиментом крупных брендов до закупки., особенно если поставщик предлагает «очень похожее, но дешевле».

5. Порядок действий при претензии: быстро снять спорную модель с продажи, сохранить документы о закупке и уведомить поставщика.

Брендам вывод зеркальный: дизайн можно защитить и без патента, если разработка документирована. В этом деле ключевыми стали должностная инструкция дизайнера и история в PLM-системе.

Дело «Спортмастер» — «Кари» показывает, что авторское право на дизайн работает против перепродавцов и без патента, если правообладатель готов доказать авторство. Ссылка на поставщика не освобождает от ответственности, а объём продаж, по сообщениям СМИ, суд может получить из системы маркировки. Продавцу чужих товаров стоит начать с закупочного договора: именно там решается, кто в итоге заплатит за чужой дизайн.

Источники: новость Суда по интеллектуальным правам от 22.10.2026; ст. 1259, 1295, 1301, 1252.1, 406.1, 431.2 ГК РФ; пп. 80, 95, 96, 104 постановления Пленума ВС № 10 от 23.04.2019; по сообщениям СМИ (Вестник ИП, Oborot.​ru) — исходная сумма иска, точная сумма компенсации, дата первой инстанции и роль «Честного знака».