Чужой товарный знак в госконтракте: арест товара у больницы и уничтожение

Поставщик выиграл торги, отгрузил больнице реагенты, подписал УПД и ждёт оплату. Товар зарегистрирован как медизделие, куплен у другого предпринимателя, документы на ввоз есть. Через несколько недель суд арестовывает партию прямо в больнице и запрещает её использовать. Ещё через несколько месяцев, по сообщениям СМИ, первая инстанция обязывает поставщика изъять и уничтожить товар.

Это не выдуманная история. Китайский производитель лабораторных реагентов Getein Biotech судится с российскими предпринимателями, поставлявшими его продукцию по госконтрактам. Разберу, что суды сказали в опубликованных актах, что известно только из прессы и что это значит для поставщика брендированного товара не от правообладателя.

Getein Biotech — правообладатель международного товарного знака № 1637092, которому в России предоставлена охрана по 5 и 10 классам МКТУ. Под ним в России зарегистрированы медизделия — наборы реагентов для определения тропонина I, D-димера, NT-proBNP и других показателей.

В апреле 2026 года компания подала в Арбитражный суд Тюменской области иск к предпринимателю, поставившему реагенты больницам разных регионов по десяти госконтрактам: запретить использовать знак при этих поставках, изъять и уничтожить поставленные партии.

28 мая истец попросил обеспечительные меры по трём поставкам на суммы около 113, 110 и 165 тыс. руб. На следующий день, 29 мая, суд наложил арест на товар у больниц и запретил им использовать, уничтожать и передавать его поставщику или кому-либо ещё. Выданы исполнительные листы.

Предприниматель попросила отменить меры: товар ввёз контрагент, она его купила и перепродала, а арест медизделий бьёт по больницам и пациентам. Как запасной вариант — заменить меры на менее обременительные, чтобы больницы могли пользоваться реагентами.

Первая инстанция отказала 8 июня, а Восьмой арбитражный апелляционный суд постановлением от 28.07.2026 № 08АП-5111/26 по делу № А70-10472/2026 этот отказ оставил в силе. Логика суда:

• для обеспечительных мер достаточно «разумных подозрений» в наличии оснований по ч. 2 ст. 90 АПК РФ, а не доказательств, как при рассмотрении спора по существу (суд опирался на постановление Пленума ВС РФ от 01.06.2023 № 15);

• меры принимают не позднее следующего дня после подачи заявления (п. 1.1 ст. 93 АПК РФ) по документам заявителя;

• довод «товар не контрафактный» относится к существу спора, на стадии обеспечения его не оценивают;

• раз речь о медизделиях, запрет использовать их до выяснения легальности отвечает публичным интересам;

• истец предоставил встречное обеспечение.

Почти зеркальная история прошла в Петербурге. По иску той же компании к другому предпринимателю суд 15 апреля 2026 года принял предварительные обеспечительные меры — арест товара в больницах Архангельской, Липецкой, Ростовской и Омской областей. Отменить их ответчик не смог, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд постановлением от 31.07.2026 № 13АП-16332/26 по делу № А56-39428/2026 оставил определение без изменения. Ответчик, в частности, доказывал, что слова аффилированного с истцом дистрибьютора о том, что поставка шла не через него, не доказывают происхождение товара. Суд отклонил доводы об отсутствии доказательств контрафактности: на этой стадии хватает разумных подозрений.

Текст решения в открытом доступе я не нашёл, поэтому дальше — только по прессе.

По сообщениям Право.ру и Vademecum, решением от 7 октября 2026 года Арбитражный суд Тюменской области частично удовлетворил иск. Суд указал, что ответчик не доказал оригинальность товара и законность его ввода в оборот: таможенные документы и договор с поставщиком не подтвердили, что продукция происходит от правообладателя. Кроме того, не было доказано соблюдение условий перевозки. Суд запретил использовать знак при поставках по спорным контрактам и обязал изъять и уничтожить партии; по двум поставкам требования по существу не рассматривались, часть мер отменена.

Это решение первой инстанции, данных о вступлении его в силу нет. Номер дела у Право.ру — А70-8926/2026, в постановлении апелляции — А70-10472/2026; расхождение я не разрешил.

Там же сообщается, что Суд по интеллектуальным правам отказал в отмене обеспечительных мер: для ареста достаточно предположения о нарушении. По данным Vademecum, всего с октября 2025 по май 2026 года правообладатель подал 10 исков к шести ИП и одному ООО, речь минимум о 15 поставках на 4,4 млн руб. По сообщениям Право.ру, официальный дистрибьютор правообладателя в России заявил, что спорный товар предпринимателю не продавал. Похожие иски к поставщикам на госторгах, по данным Vademecum, подавал и японский производитель медизделий для лабораторной диагностики Sysmex.

Логика «товар настоящий и ввезён официально — значит, претензий не будет» не работает.

По ст. 1487 ГК РФ продавец не нарушает права на знак, только если товар введён в оборот в России самим правообладателем или с его согласия. Регистрационное удостоверение подтверждает допуск медизделия к обращению, ГТД — прохождение таможни. Согласия правообладателя на ввод партии в оборот в России они не доказывают.

Конституционный суд в постановлении от 13.02.2018 № 8-П указал, что оригинальные товары, ввезённые без согласия правообладателя, можно изъять и уничтожить лишь при ненадлежащем качестве или угрозе жизни, здоровью, безопасности. На мой взгляд, этим и объясняется внимание суда к условиям перевозки: для реагентов это вопрос качества. Происхождение товара в доступных актах по существу не устанавливалось, называть его подделкой я не берусь.

Последствия описаны в ст. 1515 ГК РФ. В редакции, действующей с 04.01.2026, правообладатель вправе требовать изъятия из оборота и уничтожения за счёт нарушителя контрафактных товаров, этикеток и упаковок. Вместо убытков он может потребовать компенсацию: от 10 тыс. до 10 млн руб., двукратную стоимость контрафактных товаров или двукратную стоимость права использования знака. По доступным данным, в этих делах компенсацию не заявляли, но такой риск есть.

1. До подачи заявки выясните, кто правообладатель знака и кто его официальный дистрибьютор в России. Покупаете не у него — нужно понимать, как товар попал в оборот с согласия правообладателя.

2. Собирайте цепочку поставки до правообладателя: договоры, письма-авторизации, сертификаты происхождения. Договор с перепродавцом и его ГТД сами по себе это не доказывают.

3. Для медизделий храните документы о соблюдении условий хранения и перевозки — в споре это может стать отдельным вопросом.

4. Закладывайте в договор с поставщиком гарантии легального происхождения и возмещение убытков, если правообладатель предъявит претензии.

5. Если пришёл иск с ходатайством об аресте, не рассчитывайте снять меры доводом «товар оригинальный». Готовьте доказательства для спора по существу и оценивайте возможность замены мер (ст. 95 АПК РФ).

Заказчику тоже есть о чём подумать: арестованные реагенты нельзя использовать. Есть смысл запрашивать у участников подтверждение легального происхождения брендированного товара.

Две апелляции подтвердили: правообладатель может быстро заморозить товар у конечного покупателя, даже у больницы, и для этого хватает разумных подозрений. По сообщениям СМИ, первая инстанция в одном из дел обязала изъять и уничтожить партии. Вывод для поставщика: в госзакупках «оригинал, купленный не у дистрибьютора» — это риск потерять товар, деньги и время.

Источники: постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 28.07.2026 № 08АП-5111/26 по делу № А70-10472/2026; постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.07.2026 № 13АП-16332/26 по делу № А56-39428/2026; постановление КС РФ от 13.02.2018 № 8-П; ст. 1487 и 1515 ГК РФ; ст. 90, 93, 95 АПК РФ; постановление Пленума ВС РФ от 01.06.2023 № 15; публикации Право.ру и Vademecum от 30.10.2026.