Опоздали с подтверждением ОКВЭД на один день — получили доначисления почти на миллион рублей. Как мы выиграли спор с СФР

Адвокат Павел Желновод из Адвокатского бюро «Парето Право»

Один день просрочки обошелся компании почти в миллион рублей. Именно такую сумму Социальный фонд России доначислил нашему доверителю, посчитав, что несвоевременное подтверждение основного вида экономической деятельности позволяет увеличить тариф страховых взносов на травматизм с 0,2% до 2,5%.

В результате тариф вырос в 12,5 раза, хотя сама деятельность предприятия и связанные с ней профессиональные риски никак не изменились.

Мы оспорили решение СФР в Арбитражном суде города Москвы. Суд поддержал позицию компании, признал доначисления незаконными и обязал Фонд установить тариф, соответствующий фактически осуществляемой деятельности.

Расскажу, почему формальное нарушение срока не стало основанием для взыскания почти миллиона рублей и какие выводы из этого дела стоит сделать бизнесу.

Наш доверитель — ООО, компания, осуществляющая научно-исследовательскую деятельность.

По итогам 2024 года основным видом экономической деятельности общества являлись научные исследования и разработки в области естественных и технических наук (ОКВЭД 72.19). Этому виду деятельности соответствовал первый класс профессионального риска и страховой тариф 0,2%.

По действовавшим на тот момент правилам компания должна была подтвердить основной вид деятельности в СФР не позднее 15 апреля 2025 года.

Однако документы были направлены через портал «Госуслуги» 16 апреля — с опозданием ровно на один день.

23 апреля Фонд установил компании тариф 2,5%, ориентируясь на другой зарегистрированный код ОКВЭД — 33.20.

При этом фактические условия работы компании остались прежними. Работники продолжали заниматься научно-исследовательской деятельностью, а не работами, которым соответствует более высокий класс профессионального риска.

Компания продолжила применять тариф 0,2%, поскольку считала его соответствующим своей реальной деятельности.

Впоследствии СФР провел камеральную проверку представленной отчетности ЕФС-1 и 24 октября 2025 года вынес решение о привлечении страхователя к ответственности.

Финансовые последствия оказались следующими:

Фактически компания столкнулась с необходимостью уплатить почти миллион рублей из-за того, что документы были представлены на день позже установленного срока.

При этом СФР располагал документами, подтверждавшими фактическую деятельность общества, еще до проведения камеральной проверки.

На первый взгляд позиция СФР могла показаться формально обоснованной: срок подтверждения ОКВЭД пропущен, следовательно, Фонд применил повышенный тариф.

Но в подобных спорах принципиально важно не смешивать два обстоятельства: нарушение административной процедуры и наличие законных оснований для начисления страховых взносов в определенном размере.

Сам по себе факт просрочки не означает, что компания действительно осуществляет деятельность с более высоким профессиональным риском.

Взносы на страхование от несчастных случаев на производстве имеют определенное экономическое и правовое назначение. Их размер дифференцируется в зависимости от профессионального риска, характерного для осуществляемой страхователем деятельности.

Именно этот принцип закреплен в Федеральном законе от 24.07.1998 № 125-ФЗ.

Если организация занимается научными исследованиями, то наличие в ЕГРЮЛ дополнительного кода, соответствующего деятельности с более высоким классом риска, само по себе не свидетельствует о том, что такая деятельность действительно ведется.

Регистрация кода ОКВЭД означает возможность заниматься соответствующей деятельностью, но не доказывает фактическое ее осуществление.

Поэтому наша правовая позиция строилась на трех обстоятельствах.

Первое. Основным видом деятельности общества по итогам 2024 года являлся ОКВЭД 72.19, которому соответствовал тариф 0,2%.

Второе. Компания фактически представила документы, подтверждающие основной вид деятельности, хотя и с однодневной просрочкой. Более того, впоследствии она повторно просила Фонд учесть эти документы при рассмотрении результатов проверки.

Третье. СФР не вправе игнорировать сведения о реально осуществляемой деятельности страхователя и безусловно исходить из более высокого профессионального риска только на основании формального нарушения срока.

Мы исходили из того, что обязанность по уплате страховых взносов должна иметь реальное правовое основание, а не возникать исключительно вследствие формального подхода контролирующего органа.

5 марта 2026 года Арбитражный суд города Москвы вынес решение по делу № А40-300899/2025, поддержав нашу позицию.

Суд исходил из того, что размер страховых взносов должен соответствовать деятельности, реально осуществляемой организацией.

Неподтверждение основного вида деятельности в установленный срок само по себе не дает безусловных оснований для взыскания взносов исходя из деятельности, которую страхователь фактически не ведет.

При рассмотрении дела суд также обратил внимание на то, что у Фонда имелись документы о фактической деятельности страхователя.

Компания направила их 16 апреля 2025 года, а затем в сентябре повторно указала на необходимость их учета.

Однако представленные сведения не были надлежащим образом учтены при принятии решения о привлечении к ответственности.

В решении суд сослался, в частности, на правовые подходы, отраженные в постановлении Президиума ВАС РФ от 05.07.2011 № 14943/10 и судебных актах по делу № А40-208608/2022.

Принципиальное значение имеет то обстоятельство, что возможность Фонда запросить дополнительные документы и проверить достоверность сведений не равнозначна праву игнорировать уже представленные доказательства.

Суд первой инстанции:

• признал недействительным решение ОСФР о привлечении компании к ответственности;

• обязал установить на 2025 год страховой тариф 0,2%, соответствующий фактической деятельности по ОКВЭД 72.19;

• взыскал с Фонда 50 000 рублей расходов по уплате государственной пошлины.

Таким образом, суд признал незаконным решение, на основании которого компании были начислены недоимка, штраф и пени на общую сумму 953 804,55 рубля.

При этом в ходе процесса мы отказались от самостоятельного требования о признании недействительным первоначального уведомления о тарифе. Суд прекратил производство в этой части, однако удовлетворил требования об отмене решения по результатам проверки и установлении надлежащего тарифа.

Это существенный процессуальный момент: для восстановления нарушенного права не всегда необходимо добиваться отмены каждого документа, который был принят контролирующим органом. Важно правильно определить, какой акт непосредственно нарушает права организации и какой способ судебной защиты позволит устранить последствия нарушения.

Из нашей практики следует, что одной ссылки на несправедливость повышенного тарифа недостаточно.

Необходимо доказать, что примененный контролирующим органом класс профессионального риска не соответствует реальным обстоятельствам деятельности страхователя.

В зависимости от конкретной ситуации для этого могут использоваться договоры с заказчиками, акты выполненных работ, первичные бухгалтерские документы, сведения о структуре выручки, штатное расписание, должностные инструкции и иные документы, раскрывающие содержание фактически выполняемых работ.

При этом особенно важно подтвердить основной вид экономической деятельности по итогам соответствующего периода, а не просто наличие нужного кода ОКВЭД в ЕГРЮЛ.

В рассмотренном деле существенное значение имели своевременная фиксация факта направления документов через «Госуслуги», справка-подтверждение основного вида деятельности, а также последующая переписка с Фондом.

Эти обстоятельства позволили показать, что у СФР имелась информация, необходимая для оценки фактической деятельности компании, но при принятии спорного решения она не была должным образом учтена.

Здесь необходимо сделать важную оговорку.

Рассмотренный спор касался установления тарифа за 2025 год, когда действовала прежняя процедура ежегодного подтверждения основного вида деятельности.

С 1 сентября 2025 года вступили в силу изменения, предусмотренные Федеральным законом от 28.12.2024 № 529-ФЗ.

Начиная с 2026 года организации в общем случае больше не обязаны ежегодно направлять в СФР документы о подтверждении основного вида деятельности.

Теперь тариф определяется на основании сведений об основном виде деятельности, содержащихся в ЕГРЮЛ или ЕГРИП по состоянию на 15 апреля текущего года.

При этом основной вид деятельности отчетного типа определяется Росстатом на основании представленных статистических данных.

Исключение из общего порядка предусмотрено, в частности, для обособленных подразделений, у которых за предыдущий год изменился основной вид экономической деятельности.

Однако изменение процедуры не устранило принципиальную проблему: расхождение между формальными сведениями о компании и ее фактической деятельностью.

СФР сохранил контрольные полномочия и может проверять соответствие сведений об основном виде деятельности реально осуществляемой деятельности страхователя.

Поэтому предприятиям необходимо контролировать корректность сведений в государственных реестрах и данных, на основании которых определяется страховой тариф.

Правовая позиция о необходимости учитывать фактическую деятельность сохраняет значение, хотя механически переносить выводы из спора о подтверждении ОКВЭД за 2025 год на новый порядок нельзя.

На основании рассмотренного дела я бы рекомендовал компаниям придерживаться следующего алгоритма:

1. Проверить основание установления тарифа. Выяснить, какой ОКВЭД и класс профессионального риска использовал Фонд и на основании каких сведений.

2. Подтвердить фактическую деятельность. Подготовить документы, отражающие структуру доходов и содержание деятельности компании.

3. Зафиксировать разногласия с СФР. Представить мотивированные пояснения и документы, подтверждающие позицию страхователя.

4. Оценить законность доначислений. Отдельно проверить правовые основания начисления недоимки, пеней и штрафа.

5. При необходимости обратиться в суд. Если Фонд не учитывает представленные доказательства, оценить возможность оспаривания его решения в порядке главы 24 АПК РФ.

При этом не стоит воспринимать рассмотренное дело как разрешение нарушать установленные законом сроки. Просрочка может создавать правовые последствия, а каждый спор требует самостоятельной оценки обстоятельств и применимой редакции законодательства.

Но и обратный подход — считать любое формальное нарушение безусловным основанием для существенных финансовых доначислений — также нельзя признать правильным.

В спорах с контролирующими органами бизнес нередко сталкивается с ситуацией, когда формальная процедура начинает преобладать над экономическим и правовым содержанием отношений.

Наше дело — показательный пример.

Однодневная просрочка подтверждения ОКВЭД привела к увеличению тарифа в 12,5 раза и начислению почти миллиона рублей.

Однако суд первой инстанции признал неправомерным подход, при котором страхователь фактически обязан уплачивать взносы исходя из деятельности, которую он не осуществляет.

Страховой тариф должен соответствовать реальному профессиональному риску, а решение о доначислении взносов — опираться на закон и установленные обстоятельства, а не только на формальное нарушение процедуры.

И если решение СФР этому требованию не отвечает, у бизнеса есть правовые инструменты для его оспаривания.