Компании смогут заранее установить в договоре плату за законный односторонний отказ контрагента

Сейчас в российском праве наметился важный сдвиг: бизнесу дают больше свободы в структурировании рисков при выходе из сделки.

Речь идёт о механизме, который в деловой среде называют «бери или плати» (take or pay). Его суть в том, что стороны ещё при заключении договора заранее договариваются: если одна из них в одностороннем порядке откажется от исполнения обязательств (без нарушения со стороны контрагента), она выплатит другой стороне заранее оговорённую плату. Ключевая новация в том, что эту плату можно установить без привязки к стоимости уже полученных товаров, работ или услуг. То есть стороны вправе зафиксировать фиксированную сумму или прописать порядок её расчёта (например, исходя из срока до окончания договора), не связывая её напрямую с объёмом уже исполненного. 

Правовая основа для такого подхода заложена в пункте 3 статьи 310 Гражданского кодекса РФ. В действующей редакции уже есть возможность обусловить право на односторонний отказ выплатой денежной суммы, если обязательство связано с предпринимательской деятельностью сторон. 

А вот чтобы снять остававшуюся правовую неопределённость (когда суды порой снижали согласованную плату, считая её несоразмерной), в 2026 году был внесён законопроект № 1272483-8. Он как раз предлагает прямо закрепить в ГК РФ, что размер такой платы стороны определяют по своему усмотрению — в том числе независимо от соразмерности стоимости полученного или причитающегося исполнения. Цель — защитить, например, поставщиков, которые вкладывают средства в производство под конкретный заказ: механизм даёт им гарантию, что при немотивированном отказе заказчика они получат заранее оговорённую компенсацию, а не будут судиться за возмещение фактических расходов, размер которых суд может урезать. 

Чтобы было проще, приведу несколько вариантов, как такое условие можно вписать в договор:

• «При расторжении настоящего Договора по инициативе Исполнителя последний обязан выплатить Заказчику компенсацию в размере 1 000 000 (одного миллиона) рублей (п. 3 ст. 310 ГК РФ)».

• «При расторжении настоящего Договора по инициативе Заказчика последний обязан внести Исполнителю плату за отказ от Договора в размере 50 000 (пятидесяти тысяч) рублей».

• «В случае отказа Заказчика от исполнения настоящего Договора менее чем за семь дней до начала оказания услуг Заказчик обязан выплатить Исполнителю 50 процентов от ежемесячной суммы оплаты услуг. В других случаях отказа Заказчика от исполнения Договора Заказчик обязан выплатить Исполнителю 20 процентов от ежемесячной суммы оплаты услуг».

Даже с учётом новых возможностей есть ситуации, когда такое условие не сработает:

• Если отказ вызван нарушением договора со стороны контрагента. Законопроект прямо предусматривает: плата за отказ применяется только тогда, когда отказ не связан с нарушением обязательств другой стороной. Если контрагент нарушил договор (поставил некачественный товар, задержал оплату), пострадавшая сторона реализует своё законное право на отказ — и требовать дополнительную плату за сам факт отказа нельзя. 

• Если право на односторонний отказ установлено императивной нормой закона. В таком случае включить в договор условие о плате за отказ нельзя — оно будет ничтожным. 

• При явной недобросовестности. Даже при соблюдении остальных условий суд вправе отказать во взыскании платы полностью или частично, если установит, что сторона действует заведомо недобросовестно (например, пытается извлечь необоснованную выгоду). 

Новая возможность — мощный инструмент для структурирования долгосрочных и капиталоёмких сделок, где одна из сторон несёт существенные затраты под конкретный заказ. Но чтобы условие сработало в суде, его нужно грамотно прописать, чётко обозначить, в каких именно случаях оно применяется, и помнить о границах: плата за отказ — это не штраф за нарушение, а механизм распределения предпринимательских рисков при немотивированном выходе из договора.