Разговор двух кулацких баб с малым и средним бизнесом

А ну подь сюды, карапуз мелкий бизнес, разговор есть. Не боись, мы уже умерли давно, я Авдотья, а это Настасья, мы бабки авторов по материнской линии. Из раскулаченных мы, из сибирских. Говоришь плохо тебе, помираешь. Пошто так? Вроде не война и не голод. Давай сопли утри, держи шанежку и рассказывай, что за беда.

КОРОНАВИРУС.

Понятно. А теперь нас послушай.

Мы обе и испанкой болели, и тифом. Никто нас не лечил, кулацкое отребье, да и не принято было лекарства употреблять в наших околотках. Дети, те да, умирали, бывало.

Когда нас раскулачивали, продуктов вывезли из кладовых на семи подводах, а остатками еще вся деревня питалась неделю. А нас вывели со двора в чем были одеты, и отпустили на все четыре стороны.

Настасья 17-ти лет попала в лагерь как кулацкая дочь. Язык острый был, и болтала им много, по молодости. Повели расстреливать. Так она отпросилась пописать, зашла за дом и дала деру. Босая. В лес. Правда летом. Три дня по тайге бродила, но вышла.

Авдотья к началу войны четырех детей имела на руках. Была у нее корова, которая всех кормила. Придут бывало ночью мародеры за коровой, Авдотья берет вилы и идет в сарай. А там уж по-всякому бывало. Но корова до конца войны оставалась.

Так вот.

1. Болезнь – это конечно плохо, но ты еще не заболел и не умер. Пока что ты еще жив и здоров. Что будет дальше – в твоих руках.
2. Смерть это часть жизни.
3. Бывает в жизни, что теряешь очень много или даже все. Это жизнь.
4. Пока живешь хорошо – делай запасы. Копи, складывай в кубышку и в погреб. Не трать все, не живи одним днем. В жизни всегда то густо, то пусто – помни об этом.
5. Борись за себя изо всех сил. Выживай каждый день. Не давай себя в обиду.
6. И это… штаны с лямками поменяй. Тебе же не пять лет, а 25, взрослый ты уже…