Разрушаем главный миф о взаимозависимости компаний
«Взаимозависимость — это очень опасно, — считает большая часть бизнесменов. — Если налоги доначислили одной компании, а она не смогла заплатить, то эти налоги обязательно взыщут с взаимозависимой компании или человека. Поэтому надо всеми силами исключать зависимость между компаниями!».


«Взаимозависимость — это очень опасно, — считает большая часть бизнесменов. — Если налоги доначислили одной компании, а она не смогла заплатить, то эти налоги обязательно взыщут с взаимозависимой компании или человека. Поэтому надо всеми силами исключать зависимость между компаниями!».
На самом деле это не так. Есть факторы, которые защищают зависимые компании и граждан от взыскания налогов, доначисленных взаимозависимой с ними компании.
Инспекция не сможет взыскать налоги с зависимой компании, если не было перевода бизнеса на эту компанию
Чтобы уйти от постоянного использования слов «взаимозависимая компания», будем называть ту компанию, которой доначислены налоги, Солнышком, а зависимую с ней компанию, в отношении которой есть риск взыскания, Васильком.
В п.2 ст. 45 НК сказано, при каких обстоятельствах инспекция возьмёт налоги с Василька, а именно:
- выручку за товары/работы/услуги Солнышка получает Василёк;
- Солнышко передало Васильку деньги или другое имущество;
- из-за того, что Солнышко передало Васильку имущество, инспекция ничего с Солнышка взыскать не может.
Передача денег может происходить по-разному. Например, компании заключили договор займа, но заёмщик не возвращал деньги, а заимодавец даже не пытался их взыскать. Так и срок исковой давности истёк.
Передача Васильку выручки за товары Солнышка тоже может выглядеть по-разному. Это может быть цепочка взаимосвязанных операций, в результате которых Василёк получил товары по цене намного ниже рыночной, но продал по нормальной стоимости. Пытаясь доказать возможность взыскания налогов с Василька, инспекция все это будет считать, и можно почти не сомневаться, что она отыщет и перевод выручки и передачу денег с имуществом.
Вот ещё момент, о котором инспекция любит забывать: с Василька можно взыскать долги Солнышка только в том размере, в котором Василёк получил выручку или деньги. Например, инспекция доначислила Солнышку 8 млн руб, Солнышко передало Васильку имущество на 3 млн руб. Инспекция может взыскать с Василька (если докажет перевод выручки/передачу денег или имущества) только 3 млн, не 8.
Если инспекция решает, что выручка была переведена на зависимую компанию, то она обращается в арбитражный суд с двумя требованиями:
- признать компании взаимозависимыми;
- взыскать налоговую недоимку с компании, на которую была переведена выручка.
«Бодаться» с инспекцией можно по каждому из пунктов: оспаривать как взаимозависимость, так и перевод выручки. Мы собрали для вас судебную практику, где компании не отрицали зависимость, но смогли «отбить» претензии инспекции потому, что та не доказала перевод выручки или передачу денег/имущества.
Пример №1: передача имущества была, но на совершенно нормальных рыночных условиях
Взаимозависимые компании: Рекорд и Лотос. Инспекция доначислила Рекорду 17,4 млн руб.
Причина взаимозависимости: после того, как инспекция доначислила Рекорду, дочь директора Рекорда создала компанию Рекорд Плюс, которая присоединилась к Лотосу. Директор Рекорда и его дочь имели долю в Лотосе (не ниже 50%).
Чем инспекция аргументировала взыскание долга с взаимозависимой компании: Рекорд перевёл в Лотос материальные, трудовые и финансовые активы, из-за чего инспекция не смогла взыскать с Рекорда доначисленные налоги.
Что сказал суд: да, Рекорд действительно передал Лотосу материальные активы — а именно, оборудование за 16,6 млн руб и грузовик стоимостью 800 тыс руб. Рекорд эти деньги получил, они поступили на р/с. Так что инспекция напрасно утверждает, что эта передача имущества отличалась от обычной, имеющей место в гражданском обороте — нормальная рыночная сделка… Во всяком случае, инспекция этого не опровергла.
В подобных случаях надлежит устанавливать, отличались ли условия и обстоятельства передачи бизнеса от тех, которые обычно имеют место при взаимодействии независимых друг от друга участников гражданского оборота, преследующих цели делового характера, и позволяют ли обстоятельства совершения сделок прийти к выводу об искусственном характере передачи бизнеса…
Передачу клиентской базы, персонала, запасов и материалов инспекция вовсе не доказала.
Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 31 января 2018 г. по делу № А11-8552/2016
Пример №2: инспекция, ты слишком много хочешь
Взаимозависимые лица: ИП Козлов и кооператив «Амурские зори», который он возглавляет. Долг Зорь перед бюджетом — 7,5 млн руб.
Причина взаимозависимости: ИП — руководитель юридического лица.
Чем инспекция аргументировала взыскание долга с директора: ИП-директор вывел из кооператива имущество, а именно гомогенизатор, пастеризационную установку, сепаратор-сливкоотделитель на 1,5 млн руб. Из-за этого взыскать с кооператива нельзя, кооператив «голенький».
Значит, все надо взыскать с ИП Козлова, раз он взаимозависимый с кооперативом и, тем более, не расплатился за выведенное имущество.
Что сказал суд: в целом, инспекция права, взыскать надо. Только вот почему налоговая забывает о пределах взыскания, которые установлены подпунктом 2 пункта 2 статьи 45 НК?
С взаимозависимого лица можно взыскать не более, чем это лицо получило в результате вывода имущества. Директор вывел в свою пользу имущества на 1,5 млн руб? Вот столько с него и можно взыскать, не больше. Так что не будет в этом деле инспекции никаких 7,5 млн руб.
Решение Арбитражного суда Амурской области от 18 марта 2020 г. по делу № А04-3767/2018.
Пример №3: инспекция запуталась в том, кто кому передавал имущество
Взаимозависимые компании: Техноимпульс, топливная компания «Трансуголь» и транспортная компания «Трансуголь». Доначисления были Техноимпульсу.
Причина взаимозависимости: учредитель топливной компании — Кызыл-оол А.Б., который был работником Техноимпульса в 2011-2012 годах. Также был ещё один сотрудник, который работал одновременно в транспортной и топливной компаниях.
Чем инспекция аргументировала взыскание долга с взаимозависимой компании:
- Техноимпульс передал свою недвижимость директору Топливной компании и супруге директора Техноимпульса;
- топливная компания получала выгоду, перевозя каменный уголь по договору оказания услуг с компанией Энергострой;
- топливная компания платила по кредиту транспортной компании;
- на связь с инспекцией от имени Техноимпульса и транспортной компании выходит один и тот же человек, а юридические адреса этих компаний совпадают.
Что сказал суд: Техноимпульс действительно выводил имущество. Только оно не попало ни к транспортной компании, ни к топливной; Техноимпульс продал недвижимость двум физлицам. А при чём тут взаимозависимые компании? Они не обогащались за счёт фиктивных сделок.
Да, топливная компания оказывала услуги перевозки каменного угля. Но для этого она брала в аренду транспортное средство с экипажем на рыночных условиях.
А что на связь с инспекцией от имени двух компаний выходит один и тот же человек — это не значит, что налоговая не может взыскать долг с налогоплательщика из-за вывода имущества в пользу одной из зависимых фирм.
Постановление Третьего Арбитражного апелляционного суда от 10 декабря 2015 г. по делу № А69-1185/2015
Пример №4: инспекция не доказала согласованность действий
Взаимозависимые компании: Конкрит и Северстрой. Доначисления Конкриту — 14,1 млн руб.
Причина взаимозависимости: у директора Конкрита Тихомирова В.А. и директора Северстроя Антуфьевой есть общий ребенок, который живёт с отцом. Директор Конкрита ведёт переговоры от лица Северстроя.
Чем инспекция аргументировала взыскание долга с взаимозависимой компании:
- после того, как директор Конкрита узнал о выездной, он оформил договоры займа с Северстроем на 8 млн руб. Частично займы были возвращены, но 5,3 млн руб все равно было выведено;
- контрагент заплатил Северстрою 1 млн руб по договору цессии (контрагент был должен Конкриту, но Конкрит передал право требования Северстрою);
- Северстрой был создан незадолго до решения о проведении выездной.
Что сказал суд: компании действительно взаимозависимы. И условия передачи денег действительно странные. Но взыскать налоговую недоимку Конкрита с Северстроя нельзя:
- тот факт, что Северстрой создан незадолго до выездной, ни о чём не говорит;
- Конкрит давал Северстрою займы, потому что тот развивал хозяйственную деятельность, нужны были деньги на лизинг;
- Северстрой рассчитывался с кредиторами Конкрита. Странно утверждать, что Конкрит не может заплатить налоговую недоимку из-за того, что перевел деньги Северстрою;
- работы, которые выполняли Конкрит и Северстрой — разные. Налоговая не доказала, что одна компания могла бы выполнять работы за другую;
- Конкрит не переводил своих работников в Северстрой, договоры с контрагентами не перезаключались.
В итоге суд сделал вывод, что доказательств согласованности действий между компаниями нет.
Постановление четырнадцатого Арбитражного апелляционного суда от 1 февраля 2018 г. по делу № А05-7519/2017
Выводы
Чтобы инспекция могла взыскать налоговую недоимку одной компании с другой, надо, чтобы взыскать с основной было нечего. Также инспекция должна доказать два обстоятельства:
- что компании являются зависимыми;
- что одна компания переводила на другую выручку или передала имущество.
Также, защищаясь от претензий налоговиков учитывайте, что взыскание налоговой задолженности может быть осуществлено в пределах сумм, которые зависимая компания получила от компании, которая не может заплатить налоговые доначисления.
Информации об авторе
Этот пост написан блогером Трибуны. Вы тоже можете начать писать: сделать это можно .


Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.