«Сапсан» в очередной раз забросали камнями
В понедельник в 16.53 мск скоростной поезд «Сапсан» снова закидали камнями неизвестные хулиганы.
В понедельник в 16.53 мск скоростной поезд «Сапсан» снова закидали камнями неизвестные хулиганы. При этом они разбили в вагоне стекло и напугали пассажиров. Никто из людей не пострадал.
Это не первое нападение на «Сапсан». С декабря 2009 г., когда был запущен этот высокоскоростной поезд, зафиксировано более десяти аналогичных происшествий: «Сапсан» забрасывали камнями и другими предметами, а также подкладывали их на рельсы.
В связи с последними событиями ОАО «РЖД» напоминает, что за совершение таких противоправных действий граждане могут быть привлечены к административной и уголовной ответственности, в частности, по статье 213 (хулиганство) и 214 (вандализм) УК РФ, санкция по которым – до семи лет лишения свободы, сообщает РИА-Новости.
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.