Станция слежения на «Байконуре» установила связь с аппаратом «Фобос-Грунт»
На космодроме «Байконур» сообщили журналистам, что российской станции слежения удалось установить связь с межпланетной станцией «Фобос-Грунт» и получить с нее телеметрическую информацию.
На космодроме «Байконур» сообщили журналистам, что российской станции слежения удалось установить связь с межпланетной станцией «Фобос-Грунт» и получить с нее телеметрическую информацию.
На космодроме сообщили: «Около часа нашей станции удалось связаться с аппаратом и принять с нее телеметрическую информацию. Началась расшифровка телеметрии. Пока все проходит успешно», передает «Интерфакс».
Напомним, накануне Европейским космическим агентством впервые удалось установить связь с российским космическим аппаратом «Фобос-Грунт», который из-за аварийной ситуации остается на околоземной орбите и не может продолжить плановый полет к спутнику Марса.
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.