Путин распорядился выделить 10 млрд регионам на лекарства и СИЗ. Что еще обсудили по коронавирусу
Путин на совещании с членами правительства обсудил ситуацию с коронавирусом в стране. Коечный фонд заполнен до критической отметки в регионах, лекарств и СИЗ осталось на неделю.
Путин на совещании с членами правительства обсудил ситуацию с коронавирусом в стране. Коечный фонд заполнен до критической отметки в регионах, лекарств и СИЗ в некоторых из них осталось на неделю.
«Мы не говорим о какой-то второй волне. Но как вот мы совсем недавно еще обсуждали, до некоторых регионов еще первая волна только докатывается, по мнению специалистов», — сказал президент открывая совещание.
Вице-премьер Голикова доложила, что в стране 223,1 тысяча «ковидных» коек, из них свободны 19,1%. Ситуация нестабильна в 18 регионах, а в Омской и Курганской областях — видит проблемы в здравоохранении. Также есть проблемы по запасам средств индивидуальной защиты и лекарств — в некоторых регионах запасов осталось на неделю.
Еще она сообщила, что В 16 регионах РФ сложилась критическая ситуация по заполненности коечного фонда больными коронавирусом, в пяти субъектах — это порядка 95%.
Путин сказал, что если есть необходимость в разворачивании дополнительных коек — нужно разворачивать. И потребовал незамедлительно выделить 10 млрд для регионов на закупку СИЗ и лекарств. Также президент обратился к главам регионов, напомнив им об ответственности.
«Мы отслеживаем ситуацию в каждом регионе, но о своей ответственности не забывайте» — сказал президент.
Также он сообщил, что к нему неоднократно обращались с просьбой направить комиссии в регионы для проверки ситуации с коронавирусом. И поручил Голиковой этим заняться.
А Минобрнауки поручено задействовать старшекурсников, преподавателей и профессоров не только в борьбе с коронавирусом, но и в первичном звене.
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.