Путин отменил соглашения с СНГ о пенсиях военным
Пенсии военным, которые переехали в страны СНГ, продолжат выплачивать, но новые заявления на пенсионное обеспечение рассматриваться не будут.
Президент России денонсировал соглашения о порядке пенсионного обеспечения военнослужащих и членов их семей, а также пограничников государств СНГ. Об этом пишет «RG.RU».
Денонсация затронет пенсионеров, которым еще не назначили выплату. Тем, кто уже получает пенсионное обеспечение, деньги продолжат поступать.
«Российским военным пенсионерам, переехавшим на постоянное жительство в другие государства СНГ, выплаты будут осуществляться в соответствии с положением о порядке выплаты страховой пенсии лицам, выезжающим на постоянное жительство за пределы РФ, от 17 декабря 2014 года», – сообщил Владимир Джабаров, заместитель председателя Комитета Совета Федерации по международным делам.
Соглашение предполагало, что если бывший военный переезжает на постоянное жительство в другое государство, то ему должны назначить пенсию в новой стране.
Соглашение было заключено в 1992 году с Азербайджаном, Арменией, Беларусью, Казахстаном, Кыргызстаном, Молдавией, Таджикистаном, Узбекистаном и с Украиной.
Решение отменить такое пенсионное обеспечение военных связано с тем, что иностранные военные начали массово переезжать в РФ за высокой пенсией.
Если раньше это соглашение защищало интересы тех, кто служил в Советской Армии, то теперь пенсии стали оформлять и молодые люди, которые не были военными в СССР.
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.