Что нового в ФСБУ 14/2022. Забирайте подсказку от редакции
С 2024 год становится обязательным новый федеральный стандарт бухучета — ФСБУ 14/2022 «Нематериальные активы», который меняет подходы к признанию и учету НМА. Расскажем, что он меняет.
Рассмотрим стандарт, утвержденный приказом Минфина от 30.05.2022 № 86н. Обязанность по применению ФСБУ 14/2022 вменяется организациям с отчетности за 2024 год, однако, как и в случае с ранее введенными ФСБУ, стандарт можно начать применять досрочно.
Что в нем нового:
Вводится стоимостной лимит для НМА.
Вводится понятие малоценные НМА, затраты на приобретение, создание которых признаются расходами в периоде их осуществления.
Обязательная амортизация НМА у НКО. Ранее НКО НМА не амортизировали.
Введено понятие материального носителя. То есть вещей, в которых выражены результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации.
Разберитесь во всех изменениях в ФСБУ 2023-2024
Приходите на II всероссийскую бухгалтерскую конференцию «Клерка»!
Она пройдет в Москве 5 декабря! Мы пригласили спикера-практика, который расскажет все об изменениях ФСБУ, в том числе и ФСБУ 14/2022.
Проведите этот день вместе с нами!
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.