Компании из каких сфер активнее всего инвестируют на бирже: результаты исследования
За год суммарный доход компаний-клиентов Тинькофф на Мосбирже превысил 1 млрд рублей. Самые активные инвесторы на бирже — компании из оптовой торговли, строительства и химической отрасли.
Половину инвестиционного портфеля юридических лиц составляют суточные биржевые овернайты. В среднем компании вкладывают в этот инструмент 30-50 млн рублей, а в овернайты в юанях — 2,5 млн рублей.
В овернайты на 30 дней организации инвестируют в среднем 70 млн рублей. Средняя сумма инвестиций в золото составила 4,5 млн рублей. Об этом сказано в исследовании сервисов «Тинькофф Инвестиции» и «Тинькофф Бизнес».
«С использованием биржевого овернайта мы получаем чуть больше 1% в месяц от размещенных денег. Если мы размещаем 50 млн рублей свободных средств, то получаем порядка 500-600 тыс. рублей каждый месяц», — сказал основатель и генеральный директор ООО «Омнидата» Алексей Аксенов.
Суммарный доход компаний на Мосбирже, инвестирующих через Тинькофф, за год превысил 1 млрд рублей. Самыми активными инвесторами на бирже стали компании из сфер оптовой торговли, строительства и химической отрасли.
Платформа «Тинькофф Инвестиции для бизнеса» позволяет владельцам бизнеса, бухгалтерам и казначеям предприятий управлять ликвидностью компании и настраивать инструменты для размещения свободных денежных средств. Кроме того, с помощью сервиса бизнес привлекает финансирование или обменивает валюту.
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.