Пресечены злоупотребления на красноярском рынке электроэнергии
ФАС Восточно-Сибирского округа оставил в силе постановление антимонопольной службы о привлечении ООО «Красноярская энергетическая компания» к административной ответственности в виде оборотного штрафа за допущенные злоупотребления.
ФАС Восточно-Сибирского округа оставил в силе постановление антимонопольной службы о привлечении ООО «Красноярская энергетическая компания» к административной ответственности в виде оборотного штрафа за допущенные злоупотребления.
Как сообщает пресс-служба ФАС России, компания была оштрафована за необоснованный отказ в заключении договора об осуществлении технологического присоединения путем перераспределения мощности. Ранее ряд заявителей направили в компанию уведомление о заключенном соглашении, а также запрос о расчете стоимости технологического присоединения по индивидуальному проекту (с необходимыми приложениями). Однако сетевая организация компаниям в этом отказала.
Антимонопольная служба выдала компании предписание об устранении допущенных нарушений и оштрафовала предприятие более чем на 7 млн рублей.
Ссылки по теме:
- Министр здравоохранения Самарской области оштрафован за антиконкурентные действия – Клерк.Ру, 03.07.12
- Возбуждено административное разбирательство в отношении Администрации Липецкой области – Клерк.Ру, 22.06.12
- Департамент аграрной политики Воронежской области подозревается в ограничении конкуренции – Клерк.Ру, 22.06.12
Сайты по теме:
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.