Наймодатель не может выселить граждан из квартир без судебного решения
Прокуратура г. Петропавловска-Камчатского провела проверку по обращениям о нарушении жилищных прав граждан, проживающих в бывшем общежитии рыболовецкой компании ЗАО «АКРОС» в краевом центре.
Прокуратура г. Петропавловска-Камчатского провела проверку по обращениям о нарушении жилищных прав граждан, проживающих в бывшем общежитии рыболовецкой компании ЗАО «АКРОС» в краевом центре.
Как сообщает пресс-служба городской прокуратуры, здание общежития, рассчитанное на 395 человек и в котором проживает около 40 семей, в апреле 2013 г. было продано бывшим владельцем индивидуальному предпринимателю. Охрана и администрация общежития не пускали людей в их жилища до тех пор, пока они не подпишут договор найма на новых условиях.
Договоры содержали незаконные положения, в соответствии с которыми наймодатель может в одностороннем порядке расторгнуть договор и выселить граждан без судебного решения. Собственником также был установлен необоснованно высокий размер платы за жилое помещение, который в отдельных случаях достигает 25 тыс. рублей за 35 кв. м жилья.
Прокуратура приняла комплекс мер по защите прав жильцов общежития. Материалы проверки направлены в органы внутренних дел для дачи уголовно-правовой оценки уже имевшим место фактам самоуправства.
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.