В Амурской области продолжаются проверки по обращениям граждан, пострадавших от наводнения
Органы прокуратуры Амурской области продолжают работу по защите прав граждан, пострадавших от наводнения.
Органы прокуратуры Амурской области продолжают работу по защите прав граждан, пострадавших от наводнения.
Как сообщает пресс-служба областной прокуратуры, всего во Временную приемную Генерального прокурора Российской Федерации в Амурской области поступило 34 обращения граждан, в органы прокуратуры области – около 100 обращений.
Установлено, что должностные лица Сапроновского сельсовета требовали от заявительницы документы, подтверждающие регистрацию всех членов семьи по месту жительства. Однако в отсутствие таких документов администрация отказала женщине принять документы к рассмотрению. Вместе с тем, в соответствии с региональным законодательством гражданину требуется подтвердить только факт проживания в жилом помещении, пострадавшим от наводнения.
Прокуроры ежедневно выезжают в пункты временного размещения граждан, проводят прием, а также бесплатно консультируют их по вопросам прав и гарантий получения компенсационных выплат, восстановления жилья и т.д. В ходе проверок обращений граждан по вопросам нарушения их прав, организации питания и размещения не поступало.
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.