РФ договорилась с Киргизией о сотрудничестве в сфере транспортировки и реализации газа
Президент РФ ратифицировал Соглашение между Правительством РФ и Правительством Киргизской Республики о сотрудничестве в сфере транспортировки, распределения и реализации природного газа на территории Киргизской Республики.
Президент РФ ратифицировал Соглашение между Правительством РФ и Правительством Киргизской Республики о сотрудничестве в сфере транспортировки, распределения и реализации природного газа на территории Киргизской Республики.
Как сообщает пресс-служба Кремля, в Соглашении определяются уполномоченные организации сторон, ответственные за его реализацию, – ОАО «Газпром» и ОАО «Кыргызгаз», а также назначаются компетентные органы государств сторон, которые будут осуществлять контроль за исполнением обязательств по этому соглашению.
Кроме того, в соответствии с соглашением Киргизская сторона обеспечивает учреждение на территории Киргизской Республики 100-процентного дочернего общества своей уполномоченной организации с передачей ему всего принадлежащего ОАО «Кыргызгаз» имущества, прав и интересов, с последующим отчуждением этой компании в собственность ОАО «Газпром».
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.