"Касперский" открыл региональный офис в Южной Африке
«Лаборатория Касперского» сообщила об открытии регионального офиса в Южной Африке (Йоханнесбург).
«Лаборатория Касперского» сообщила об открытии регионального офиса в Южной Африке (Йоханнесбург). Новый офис будет обеспечивать управление операционной деятельностью компании, предоставляя полномасштабную поддержку партнерам и пользователям в регионе.
Открытие регионального офиса в Южной Африке — часть международной стратегии «Лаборатории Касперского» по расширению своего присутствия в развивающемся африканском регионе. Местный рынок информационных технологий принадлежит к числу высокоперспективных, демонстрируя серьезный конкурентный рост.
«Мы прислушались к мнению и пожеланиям наших клиентов и партнеров и пришли к выводу о необходимости прямого присутствия компании в Южной Африке. Это позволит «Лаборатории Касперского» быть ближе к нашим африканским бизнес-партнерам и пользователям, обеспечив тот уровень поддержки, который мы сделали фирменным знаком нашей компании, — сказал Гарри Кондаков, представитель «Лаборатории Касперского».
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.