Субсидиарная ответственность директора в 2026 году: 7 ситуаций, когда придется платить из своего кармана

23 декабря 2025 года вышло Постановление Пленума ВС № 42. Это не новый документ. Это поправки в старый Пленум № 53 от 2017 года — по нему суды восемь лет решали, когда взыскать долги фирмы с её руководителя.

Поправок пятнадцать. Три технические. Остальные меняют расклад. Что-то — в пользу директора. Что-то — против.

Ниже семь ситуаций из реальной практики. По каждой смотрим, что поменялось.

Главная хорошая новость документа.

Пленум прямо записал: обычный предпринимательский риск — не повод для субсидиарки. Упал рынок, ушёл главный поставщик, прилетели санкции — это бизнес, а не вина руководителя.

Привлечь можно, только если банкротство случилось из-за недобросовестных действий самого директора. Доказывать это — кредиторам.

Что делать. Храните всё, что показывает: причина убытков снаружи. Договоры, переписку с контрагентами, отраслевую аналитику. Это ваша защита.

Многие думают: взыскали убытки по ГК — вопрос закрыт. Нет.

Пленум уточнил: после убытков кредитор может зайти ещё раз — уже с заявлением о субсидиарке. На ту часть долга, которую убытки не закрыли.

Лазейка для директора одна. Если суд при разбирательстве по убыткам уже оценил, что руководитель сильно влиял на компанию, — второго захода не будет.

Что делать. Не выдыхать после первого иска. Считать весь долг компании, а не только взысканную сумму.

Раньше членов совета часто привлекали скопом. Теперь так нельзя.

Пленум требует разбираться по каждому отдельно. Сама по себе должность — не вина. Суд обязан оценить действия конкретного человека. Одобрил одну провальную сделку — отвечаешь за неё. Не за всё банкротство разом.

Что делать. Фиксируйте свою позицию в протоколе. Воздержались или были против — пусть это останется на бумаге.

Частый сценарий: денег на саму процедуру банкротства нет, суд её прекращает. Раньше кредиторы нередко оставались ни с чем. Теперь могут пойти за субсидиаркой напрямую — отдельным иском, вне банкротства.

Нужно одно: чтобы долг был подтверждён вступившим в силу судебным актом или другим исполнительным документом.

Брошенная пустая компания больше не щит. За долгами приходят лично к тому, кто её контролировал.

Что делать. Не оставлять фирму висеть. Нормальная ликвидация обойдётся дешевле субсидиарки.

Здесь Пленум — за ответчика. При аресте суд обязан оставить человеку деньги на жизнь: на содержание иждивенцев и на оплату юриста.

Не оставил сразу — можно потом подать ходатайство и частично снять арест.

Что делать. Арестовали всё подчистую — заявляйте ходатайство. Оставить вас без средств суд не вправе.

Рано. Пленум подтвердил жёсткую позицию: долг по субсидиарке входит в наследство. Смерть его не отменяет.

Наследники отвечают в пределах того, что получили. Но отвечают. Правда, теперь они могут защищаться — приносить доказательства, просить помощи суда.

Что делать. Прежде чем принять наследство — узнать, нет ли за наследодателем хвоста по субсидиарке.

Худшее, что можно сделать. Пленум прямо сказал: ответчик обязан подать отзыв.

Промолчал без уважительной причины, ушёл от объяснений, почему фирма обанкротилась, — суд расценит это как согласие с доводами заявителя. И переложит бремя доказывания на вас.

Что делать. На заявление о субсидиарке всегда отвечать по существу. Молчание здесь работает против вас.

Декабрьский Пленум — не «закрутили гайки» и не «отпустили». Он сделал ответственность точечной.

В пользу директора: предпринимательский риск вывели из-под удара, совет директоров судят поимённо, при аресте оставляют минимум на жизнь.

Против директора: субсидиарка по брошенным фирмам без банкротства, долг переходит по наследству, молчание трактуется не в вашу пользу.

Вывод один. За честные провалы спрашивают меньше. За конкретные махинации — жёстче и адреснее. Так что главная защита директора — не схемы, а порядок в документах и решениях.

А вам встречались случаи, когда директора пытались привлечь именно за обычный рыночный провал — без всяких махинаций? Чем закончилось? Любопытно, как новую позицию ВС примут суды на местах.