Кирилл Андрющенко
не на сайте
не на сайте
Очная ставка — не корпоративное совещание и не возможность «вместе все объяснить». Ее проводят, когда в показаниях ранее допрошенных лиц имеются существенные противоречия. Следователь уже знает, где расходятся версии директора и главбуха, и будет последовательно закреплять эти расхождения.
— Разблокируйте телефон. Мы только посмотрим переписку с директором. Просьба звучит почти буднично. Телефон не изымают, постановление не предъявляют, протокол не составляют. Главный бухгалтер вводит пароль и передает устройство оперативнику.
Вы этого не говорили, но уже подписали: семь искажений в протоколе допроса Допрос закончен. Напряжение спало. Следователь распечатывает протокол и кладет его перед главным бухгалтером. — Прочитайте и подпишите каждую страницу. Впереди еще дорога домой, рабочие сообщения и несколько пропущенных звонков. Протокол занимает десять листов.
Пароль от банк-клиента был у вас: как технический доступ превращают в доказательство распоряжения деньгами — У кого находился ключ от банк-клиента? — У меня, я главный бухгалтер. — Значит, платежи проводили вы? — Технически — да. — Получателей и суммы тоже определяли вы.
Представьте обычный кабинет. Напротив — оперативник или следователь. Перед ним лежит список организаций. — ООО «Альфа» вам знакомо?— Название вроде бы видела.— А ООО «Бета»?— Кажется, проводили платеж.— ООО «Гамма»?— Возможно, от них приходили документы. Через несколько минут главному бухгалтеру перечисляют десять компаний.
Главного бухгалтера вызывают не ради проводок. Разбираем семь вопросов, после которых свидетелю может понадобиться собственная защита.
Статус свидетеля не гарантирует отсутствия личного уголовного риска. Разбираем семь сигналов, при которых директору нельзя идти к следователю без предварительной подготовки и адвоката.