Из цены изъятой техники вычли НДС. Что на это отвечает Верховный Суд

После расторжения договора выкупного лизинга стороны сводят сальдо встречных обязательств: с одной стороны платежи лизингополучателя (кроме авансового) и стоимость возвращенной техники, с другой - финансирование, плата за него, убытки и санкции. Стоимость техники обычно берут по цене ее продажи.

Здесь и появляется вычет: техника продана, допустим, за 6 000 000 рублей, в том числе НДС 1 000 000, а в расчет лизингодатель ставит 5 000 000 - налог, по его логике, ушел в бюджет и ему не достался. Встречное предоставление лизингополучателя становится меньше на миллион, а итоговый долг – на миллион больше.

Обосновывают такой вычет по-разному: налог называют убытком лизингодателя либо ссылаются на пункт общих условий лизинга, по которому цена реализации учитывается без НДС.

Об убытках сказано в пункте 22 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного Суда 27.10.2021: «Суммы налогов, уплаченных лизингодателем в связи с продажей предмета лизинга, изъятого у лизингополучателя, по общему правилу не могут рассматриваться в качестве убытков лизинговой компании и не учитываются при определении сальдо встречных предоставлений».

Объяснение дано там же: убытками, со ссылкой на пункт 2 статьи 15 и пункт 2 статьи 393 ГК, признаются «только затраты, необходимость несения которых отсутствовала бы при надлежащем исполнении обязательства». При нормальном исполнении договора лизинговая компания тоже платила бы налоги - с лизинговых платежей, которые по пункту 1 статьи 28 Закона о лизинге покрывают и стоимость предмета, и ее вознаграждение. Поэтому, как сказано в Обзоре, «само по себе наступление обязанности по уплате налогов при получении стоимости предмета лизинга в случае его продажи не свидетельствует о возникновении убытков у лизингодателя».

Условие договора о цене «без НДС» Верховный Суд оценил позже - в определении Судебной коллегии по экономическим спорам от 30.01.2025 № 307-ЭС24-18545 по делу № А56-19366/2023. Лизинговая компания взыскивала с лизингополучателя, бухгалтерского бюро, 3 214 694 рубля 63 копейки. Предмет лизинга, легковой автомобиль, вернули 25 июля 2022 года и через два месяца, 23 сентября, продали за 6 000 000 рублей, включая 1 000 000 НДС. Условия договора предписывали учитывать цену реализации без налога, и три инстанции с этим согласились.

Коллегия судебные акты отменила и направила дело на новое рассмотрение. По общему правилу, указала она, издержки лизингодателя, возникающие в связи с необходимостью уплаты НДС при получении прибыли от исполнения договора лизинга, «учитываются в финансовых параметрах договора лизинга при его заключении и не требуют дополнительной компенсации со стороны лизингополучателя в случае расторжения договора».

О самом условии сказано так: «Договорное условие, установленное в интересах лизинговой компании как профессионального участника оборота, которым предусмотрено исключение НДС из стоимости возвращенного предмета лизинга, не подлежит применению судом, поскольку оно несправедливо обременяет лизингополучателя, приводя к искусственному уменьшению величины его встречного предоставления при определении завершающей договорной обязанности».

Довод «договор подписан без возражений» тоже не сработал. То, что условие сформулировано ясно и не было скрыто от лизингополучателя, по словам Коллегии, «само по себе не могло служить основанием для отклонения доводов Бюро в этой части».

При новом рассмотрении лизинговая компания сама снизила требование до 1 953 401 рубля 26 копеек. Суд первой инстанции удовлетворил иск в этом размере, а 1 июля 2026 года апелляция отменила это решение и утвердила мировое соглашение: 700 000 рублей с рассрочкой на пять месяцев.

Из этого не следует, что «правильная» сумма — семьсот тысяч: о ней договорились стороны. И не все снижение связано с налогом, в деле спорили также о цене продажи и о неустойке за период моратория. Но требование в три с лишним миллиона, поддержанное тремя инстанциями, после определения Верховного Суда закончилось суммой в несколько раз меньшей, а позиция о НДС осталась в силе.

В расчете сальдо находят строку со стоимостью возвращенного предмета и сверяют ее с договором купли-продажи, по которому технику реализовали: цена должна стоять целиком, с НДС.

Если цена уменьшена на налог, смотрят, на что ссылается лизингодатель. На убытки отвечает пункт 22 Обзора, на пункт общих условий - определение № 307-ЭС24-18545. О несправедливости такого условия нужно прямо заявить: в том деле Коллегия учла, что условия лизинга разработала лизинговая компания, а лизингополучатель против их применения возражал.

Цену вопроса стоит посчитать по действующей ставке. Автомобиль в том деле продан в 2022 году, когда ставка была 20 процентов; для отгрузок с 1 января 2026 года она составляет 22 процента (пункт 3 статьи 164 НК в редакции Федерального закона от 28.11.2025 № 425-ФЗ). В цене 6 000 000 рублей это уже около 1 082 000 рублей налога.

Возражения заявляют письменно и с контррасчетом: из него видно, какую строку и на какую сумму лизингополучатель оспаривает, а общее несогласие с расчетом суду оценить труднее.

Как суды проверяют расчеты лизинговых компаний, пишу в телеграм-канале: https://telegram.me/bankrot_Kulichenko