В НСПК пообещали, что себестоимость карт «Мир» будет ниже карт других систем
Ранее СМИ сообщали, что эмиссия нацкарты «Мир» обойдется российским банкам в 1,5 раза дороже, чем MasterCard и Visa.
Себестоимость национальных карт «Мир» будет ниже себестоимости карт международных платежных систем, рассчитанных на массовый сегмент. Об этом сообщил глава Национальной системы платежных карт (НСПК) Владимир Комлев.
«По оценкам НСПК, себестоимость карт «Мир» на первом этапе, до начала массовой эмиссии, будет не дороже карт других платежных систем, а к началу массовой эмиссии карт «Мир», их себестоимость будет ниже», – сказал он.
Владимир Комлев отметил, что на себестоимость карты влияет много факторов, в числе которых тираж, стоимость печати и стоимость чипа.
«К началу массовой эмиссии карт «Мир» производители карточных платформ, базируясь на наших спецификациях, смогут предложить собственные реализации платежного приложения. Это также является фактором снижения стоимости производства карт. Над этим уже сейчас работает целый ряд производителей карт и чипов. Мы планируем, что такое решение будет доступно уже в первой половине 2016 года», – цитирует Владимира Комлева ТАСС.
Ранее СМИ сообщали, что эмиссия нацкарты «Мир» обойдется российским банкам в 1,5 раза дороже, чем MasterCard и Visa. Проблема – в особенностях собственного платежного приложения национальной карты, которое требует дорогих и вместительных чипов, писала газета «Коммерсантъ».
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.