100 крупнейших российских банков по размеру собственного капитала
Журнал "Профиль" опубликовал список 100 крупнейших российских банков по размеру собственного капитала по состоянию на 1 декабря 2003 г.
Журнал "Профиль" опубликовал список 100 крупнейших российских банков по размеру собственного капитала по состоянию на 1 декабря 2003 г.
Согласно данным журнала "Профиль", на 1 декабря 2003 г. в первую десятку банков по размеру собственного капитала вошли следующие банки: Сбербанк РФ (151 млрд 834 млн 984 тыс. руб.), "Внешторгбанк" (56 млрд 106 млн 154 тыс. руб.), "Альфа-банк" (29 млрд 039 млн 049 тыс. руб.), "Газпромбанк" (27 млрд 747 млн 990 тыс. руб.), "Международный промышленной банк" (27 млрд 434 млн 589 тыс. руб.), "Росбанк" (12 млрд 228 млн 984 тыс. руб.), "МДМ-Банк" (12 млрд 118 млн 048 тыс. руб.), "УралСиб" (11 млрд 506 млн 774 тыс. руб.), "Банк Москвы" (11 млрд 259 млн 592 тыс. руб.), "Глобэкс" (10 млрд 501 млн 403 тыс. руб.).
Согласно данным журнала "Профиль", на 1 декабря 2003 г. в первую десятку банков по размеру чистых активов вошли следующие банки: Сбербанк РФ (1 трлн 445 млрд 224 млн 931 тыс. руб.), "Внешторгбанк" (237 млрд 522млн 114 тыс. руб.), "Газпромбанк" (218 млрд 172 млн 996 тыс. руб.), "Альфа-банк" (175 млрд 987 млн 436 тыс. руб.), "Международный промышленной банк" (140 млрд 079 млн 351 тыс. руб.), "Банк Москвы" (122 млрд 615 млн 707 тыс. руб.), "Росбанк " (114 млрд 247 млн 323 тыс. руб.), "МДМ-банк" (89 млрд 325 млн 945 тыс. руб.), "УралСиб" (68 млрд 365 млн 931 тыс. руб.), "Промышленно-строительный банк (Санкт-Петербург)" (66 млрд 324 млн 373 тыс. руб.).
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.