Способ списания старых долгов
Как известно, существуют две неизбежные вещи: смерть и налоги. А насколько неизбежны старые долги по налогам? Ведь инспекторы никогда сами их не списывают, за это надо побороться.
Живые и мертвые
В соответствии со ст. 59 НК налоговые долги списываются при ликвидации либо банкротстве организации или после смерти физического лица. А вот с живых граждан и действующих юридических лиц налоговики пытаются взыскать задолженности по налогам, социальным страховым взносам, штрафам и пеням всеми правдами и неправдами.
Мало того, что инспекторы не станут списывать долги, они попытаются провести зачет по ним за счет имеющихся переплат. А иногда контролеры могут задолженность организовать по собственной инициативе.
Как это делается
Наглядный пример. У ИП возникла задолженность по пеням за взносы в ФОМС. Это произошло потому, что при переходе с ЭОД на комплекс АИС «Налог-3» инспекторы вручную переводили в новую программу платежи по взносам за 2018 год.
ИП оплатил взносы 14 декабря 2018 года, а налоговики ошибочно внесли в программу дату 13 апреля 2019 года. Были начислены пени за три с половиной месяца, после чего сотрудники фискального ведомства попытались зачесть эти суммы из платежей в 2022 году.
ИП подал жалобу в вышестоящий орган, ссылаясь на ст. 139 НК. Дату платежа в программе исправили, задолженность была аннулирована.
И это отнюдь не единичный случай. При передаче взносов из ПФР в ФНС все они были помечены датой 1 января 2017 года, хотя срок уплаты за декабрь предыдущего года должен был наступить лишь 15 января 2017 года. Как результат: у тех, кто оплатил взносы по 15 января включительно, образовались долги по пеням.
На авторском семинаре Евгения Сивкова «Как сохранить бизнес» вы узнаете все о законной оптимизации налогов. Как правильно использовать налоговые льготы и преференции, чтобы повысить маржинальность бизнеса. Приходите на семинар, который состоится 29-31 марта в Москве.
Условия списания
Задолженность признается безнадежной и должна быть списана в следующих ситуациях:
суд принял акт, в соответствии с которым налоговый орган утрачивает возможность взыскания задолженности (см. подп. 4 п. 1 ст. 59 НК);
судебный пристав вернул инспекции исполнительный лист из-за того, что нельзя установить местонахождение должника и его имущества. При этом речь идет о задолженности, возникшей более пяти лет назад (см. подп. 4.1 п. 1 ст. 59 НК и п. 3 и 4 ч. 1 ст. 46 закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»);
в иных случаях, предусмотренных законодательством о налогах и сборах (см. подп. 5 п. 1 ст. 59 НК).
Обратите внимание: список открытый. К «иным случаям» можно отнести, например, налоговую амнистию.
Однако самый актуальный вариант – это принятие судом акта о том, что право инспекторов на взыскание недоимки утрачено.
Здесь имеется очень важный нюанс: максимальный срок для взыскания составляет два года (см. определение Верховного суда от 05.07.2021 № 307-ЭС21-2135). А на практике инспекторы зачастую так затягивают проверки (до пяти лет), что не успевают уложиться в этот срок.
В такой ситуации суд может удовлетворить иск налогоплательщика о незаконности требования по уплате налогов, пеней и штрафов (см. постановление Арбитражного суда Московского округа от 20.05.2022 № А40-9594/2021).
А затем налогоплательщик должен сделать еще один шаг: подать иск о признании задолженности безнадежной с тем, чтобы налоговики ее списали (см. п. 42 Обзора судебной практики № 2 (2020), утв. Президиумом Верховного суда от 22.07.2020).
Если налогоплательщик не обратится в суд с таким иском – инспекторы по своей инициативе списывать задолженность не станут. И по большому счету они правы, ведь формулировка в судебном акте имеет решающее значение (см. ст. 44, ст. 59 НК).
Больше полезных материалов на нашем телеграм-канале. Подписывайтесь!
Безнадежная задолженность: пошаговая инструкция
Процесс списания задолженности начинается с получения в инспекции справки о расчетах с бюджетом через оператора ЭДО. Затем, сославшись на положения подп. 12 п. 1 ст. 32 НК, надо затребовать копии документов о взыскании (решения о взыскании, требования об уплате, решения о приостановлении операций по счетам и т. п.).
После этого потребуется обращение в суд (арбитражный для организаций и ИП, общей юрисдикции – для физлиц) с иском о признании задолженности безнадежной к взысканию и о ее списании.
После вступления в законную силу судебного решения, вынесенного в пользу налогоплательщика, нужно регулярно заказывать справки о расчетах с бюджетом.
И когда налогоплательщик вновь обнаружит там просроченную задолженность, он может обратиться с жалобой в прокуратуру либо в УФНС своего региона по поводу неисполнения инспекторами судебного решения.
Иногда возникают ситуации, при которых налогоплательщик не может установить, какие суммы можно отнести к безнадежной задолженности. Такое бывает, например, при смене руководителей компании.
Устранить сомнения по данному поводу можно лишь на основе решения суда. Туда следует обратиться с иском о выявлении и оценке периодов и сумм задолженности, поскольку задолженность с неустановленным сроком взыскания не может считаться утраченной к взысканию (см. определении Верховного суда от 27.02.2019 № 5-КГ18-319).
Евгений Сивков, налоговый консультант, аудитор, писатель
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.