Ст. 187 УК РФ: как платёжное поручение стало тяжким преступлением

Вопрос, который мы получили от предпринимателя: «Мне понадобилось сто тысяч наличными. Попросил знакомого, перечислил ему деньги со своей фирмы по договору. Без схем, без миллионов. Просто так было удобнее. Это теперь уголовка?»

Строго говоря — да. Ст. 187 УК РФ (неправомерный оборот средств платежей), ч. 1. До шести лет лишения свободы.

Несколько лет назад уголовная ответственность за обычное платёжное поручение казалась абсурдом. Статья о неправомерном обороте средств платежей — и рядовой перевод со счёта. Но за десять лет тихой эволюции ст. 187 превратилась в один из самых удобных инструментов давления на бизнес. И в один из самых опасных — именно потому, что о ней мало кто думает заранее.

В этом тексте — подробный разбор: как это произошло, что говорят суды, как возбуждаются дела и что с этим можно сделать.

Эволюция ст. 187 УК РФ: от поддельных карт к платёжным поручениям

До 2015 года ст. 187 говорила о поддельных картах и платёжных документах. Физическая подделка — подчистки, исправления, фальшивые банковские карты. Статья работала точечно, по явным случаям фальсификации.

В 2014-м затеяли реформу. Из пояснительной записки к законопроекту следует: речь шла о борьбе с подделкой платёжных средств. Криминализировать обычное платёжное поручение предпринимателя никто не собирался.

Но ко второму чтению в тексте появились слова «приобретение, хранение, транспортировка в целях использования или сбыта». Слово «использование» оказалось ключевым. ФЗ № 153-ФЗ от 08.06.2015 принял эту формулировку.

Дальше — цепочка из трёх шагов, каждый из которых по отдельности выглядел логично.

Шаг первый. В 2020 году Пленум Верховного Суда разъяснил (по другой статье — 327-й, «Подделка документов»), что поддельным может быть не только документ с подчисткой или исправлением. Подделка — это и совершенно новый документ, содержащий заведомо ложные сведения. Так называемый «интеллектуальный подлог».

Шаг второй. В 2022 году Конституционный Суд в Определении № 761-О рассмотрел жалобу на ст. 187. Заявитель утверждал, что норма неопределённа и позволяет произвольное толкование. Суд отказал в принятии жалобы — и в мотивировочной части фактически перенёс логику «интеллектуального подлога» с 327-й на 187-ю.

Шаг третий. В 2023 году КС подтвердил эту позицию повторно.

Итог: если в платёжном поручении написано «оплата консультационных услуг», а услуг не было, — поручение считается поддельным. Не в смысле «с фальшивой печатью». В смысле «содержащее заведомо ложные сведения о хозяйственной операции». Каждая такая платёжка — отдельный состав. Каждый состав — тяжкое преступление.

Чем ст. 187 УК РФ опаснее налоговых составов: четыре свойства

Четыре свойства делают эту статью особенно опасной для предпринимателей.

Тяжкая категория. До шести лет лишения свободы по первой части. Это само по себе — категория тяжкого преступления. Со всеми вытекающими: длительные сроки давности, расширенные полномочия следствия, возможность заключения под стражу.

Нет порога по сумме. Ст. 199 УК РФ (налоговое уклонение) требует крупного размера — от 18,75 млн рублей за три года. Ст. 187 не требует ничего. Перевод на пять тысяч рублей — уже состав.

Не нужен специальный порядок возбуждения. Налоговые составы (ст. 198, 199 УК РФ) возбуждаются через процедуру, предусмотренную ст. 144 и 28.1 УПК РФ — с участием налогового органа. Для ст. 187 никакой специальной процедуры нет. Следователь открывает дело самостоятельно.

Нет ограничений на заключение под стражу. Ст. 187 не включена в перечень экономических составов, по которым ограничено заключение под стражу. Проще говоря: предприниматель с обвинением по 187-й может оказаться в СИЗО. По чисто налоговым делам это затруднительно, здесь — нет.

Ещё одна деталь, о которой редко пишут. Ст. 187 и ст. 199 — разные составы с разными объектами. Суды прямо это говорят. Это означает: прекращение налогового преследования само по себе не ведёт к прекращению дела по ст. 187 УК РФ. Вам могут отменить доначисления — а уголовное дело по платёжкам продолжит жить.

Три сценария возбуждения уголовного дела по ст. 187 УК РФ

Снизу вверх: через обналичивание

Раскрывают группу, занимавшуюся обналичиванием. Каждый предприниматель, когда-либо отправлявший туда деньги, автоматически становится потенциальным фигурантом. Доказательная база нередко строится на показаниях самих обнальщиков, заключивших досудебные соглашения. Причём обнальщик может описать транзакции без деталей — следствие «достраивает» картину по банковским выпискам.

Здесь нет значения, знал ли предприниматель о природе контрагента. Достаточно, что платёжное поручение содержало ложное основание платежа. Объективная сторона — формальная: факт изготовления и использования.

Из налоговой проверки: фиктивный документооборот и технические компании

Налоговая устанавливает технические компании и фиктивный документооборот. Любые платежи в адрес «техничек» — уже ст. 187, независимо от судьбы налогового состава. Материалы проверки передаются в СК. Следствие выделяет каждое платёжное поручение в отдельный эпизод.

Именно так работала схема в громких делах 2024–2025 годов. Следствие вменяло ст. 199 — за уклонение, ст. 187 — за каждую платёжку в адрес технической компании, ст. 174.1 — за легализацию. Три состава на одном потоке денег.

Важно: вопрос о соотношении ст. 187 и ст. 199 УК РФ до сих пор не решён однозначно. Есть позиция, что подделка платёжного документа — способ совершения налогового преступления, и отдельная квалификация по 187-й недопустима. Но в практике суды принимают оба подхода. Какой выберет конкретный суд — зависит от региона, состава, позиции обвинения и качества защиты.

Сбоку: корпоративный конфликт и давление через ст. 187

Интерес к предпринимателю возникает по совершенно другим причинам. Корпоративный конфликт. Конкуренция. Жалоба бывшего сотрудника. Поднимают банковские выписки за несколько лет — и практически в любом бизнесе находятся платежи, вызывающие вопросы.

Мы видели случаи, когда 187-ю использовали как рычаг давления, чтобы получить показания по другим делам. Или как инструмент заключения под стражу — когда по основному составу арест затруднён.

Судебная практика по ст. 187 УК РФ: конкретные приговоры

Пример 2025 года. Предпринимателю предъявили налоговое преступление и множество эпизодов по ч. 1 ст. 187 УК РФ. Апелляция признала виновным по девятнадцати самостоятельным эпизодам. Среди них — перевод на пять тысяч рублей. За этот один эпизод суд назначил год лишения свободы и штраф сто тысяч рублей. По совокупности — два года десять месяцев колонии.

Платёж на пять тысяч рублей. Отдельное тяжкое преступление. Реальный срок.

Другой пример. Генеральный директор компании из Ульяновской области с 2016 по 2019 год направлял платёжные поручения в банк с ложным содержанием. Деньги поступали на счета компаний без реальной деятельности, затем обналичивались. Прокурор запросил четыре года колонии. Суд назначил три года условно и штраф 130 000 рублей.

Разница в исходах говорит не о мягкости закона, а о качестве защиты и позиции конкретного суда. Одна и та же статья — от условного срока до реальной колонии.

Дело Блиновской стало, пожалуй, самым известным. Следствие пошло тем же путём: ст. 199 + ст. 187 + ст. 174.1. Три статьи, три состава — на одних и тех же денежных потоках.

Изменения 2025 года. С 5 июля 2025 года ст. 187 расширили ещё дальше. ФЗ-176 от 24.06.2025 добавил новые части (3–6), направленные против дропперов — лиц, передающих свои банковские карты и счета третьим лицам. Санкция — до шести лет со штрафом до миллиона рублей. Статья разрастается. Охват растёт.

Как платёжное поручение с ложным основанием уничтожает бизнес

Вот типичная последовательность событий. Не гипотетическая — мы видим её в проектах.

Предприниматель находит контрагента. Не проверяет его по признакам коммерческой осмотрительности. Подписывает договор. Выставляет платёжное поручение с назначением «за консультационные услуги». Бухгалтер проводит. Банк исполняет.

Проходит два года. ФНС приходит с проверкой. Устанавливает: контрагент — техническая компания. Реальных услуг не оказывал. Адрес массовой регистрации. Директор — номинал. Штат — ноль.

Доначисление. Налоговый спор. Допросы.

А параллельно — другая нить. Материалы проверки уходят в Следственный комитет. Следователь открывает банковские выписки, находит платёжное поручение с ложным основанием. Не одно — десять, двадцать, тридцать. Каждое — отдельный эпизод по ст. 187 УК РФ.

И вот теперь речь не о доначислении в три миллиона рублей. Речь о двадцати эпизодах тяжкого преступления. С перспективой СИЗО.

Бухгалтер, который проводил платёж, ничего не знал о 187-й. Менеджер, который нашёл контрагента, — тоже. Юрист, который написал договор, — тоже. Потому что каждый видел свой кусок. А ст. 187 бьёт по связям между кусками.

Коммерческая осмотрительность и проверка контрагента: что спасает от ст. 187 УК РФ, а что нет

Формальные признаки проверки контрагента — выписка из ЕГРЮЛ, проверка в «Прозрачном бизнесе», запрос ИНН — давно не спасают. Суды и следствие ожидают реальной, а не номинальной осмотрительности.

Что проверять: наличие ресурсов у контрагента (люди, офис, оборудование), реальность исполнения именно этим контрагентом, деловую переписку, привязку оплаты к конкретным результатам, отсутствие признаков «транзитности» (деньги пришли и тут же ушли).

Чего не делать: не ставить в назначении платежа общие формулировки типа «за услуги по договору» без привязки к акту, не проводить платежи в адрес контрагента, с которым нет документально зафиксированного результата работы, не полагаться на то, что «бухгалтер разберётся».

Бухгалтер может разобраться с проводкой. С тем, не станет ли эта проводка основанием для возбуждения уголовного дела, — нет.

Защита по ст. 187 УК РФ: пять направлений работы

Несколько практических ориентиров. Не рецепты — каждое дело индивидуально. Но направления, по которым работает защита.

Первое. Оспаривать сам факт подделки. Позиция: платёжное поручение составлено на основании действующего договора. Если суд не установил, что договор ничтожен — оснований считать платёжку поддельной нет. Конституционный Суд в Определении 761-О указал на необходимость доказывания «заведомой ложности» — это не презумпция, это бремя обвинения.

Второе. Ставить вопрос о поглощении составов. Если платёжные поручения использовались как способ уклонения от налогов, ст. 187 не должна вменяться дополнительно к ст. 199. Это один способ одного преступления. Позиция не бесспорная, но аргументы для неё есть — и в доктрине, и в отдельных судебных актах.

Третье. Работать с субъективной стороной. Ст. 187 УК РФ — умышленный состав. Необходимо доказать, что лицо заведомо знало о ложности сведений в платёжном поручении. Если предприниматель полагался на данные бухгалтерии, на действующий договор, на акты выполненных работ — заведомости нет.

Четвёртое. Контролировать объём обвинения. Следствие склонно вменять каждое платёжное поручение как отдельный эпизод. Но если все платежи шли в рамках одного договора, одному контрагенту, в рамках одного умысла — это может быть единое продолжаемое преступление. Разница: один эпизод вместо тридцати. Один срок вместо совокупности.

Пятое. Не давать показания без понимания полной картины. Ст. 187 часто появляется в деле как дополнение к другим статьям. Показания, данные по ст. 199, могут быть использованы для обоснования ст. 187. А отказ от показаний по ст. 51 Конституции — право, а не признак вины.

Почему это проблема архитектуры бизнеса, а не юриспруденции

За каждым таким делом — одна и та же картина.

Предприниматель выстраивает налоговую структуру. Бухгалтер проводит платежи. Менеджер работает с контрагентами. Юрист составляет договоры. Каждый делает своё. Юрист — отдельно, бухгалтерия — отдельно, операционка — отдельно.

А потом одна платёжка — одно решение, принятое где-то внутри системы — создаёт уголовное дело. Персональное.

Налоговый консультант не думал про ст. 187, когда строил структуру. Бухгалтер не думал про неё, когда проводил платёж. Менеджер — когда нашёл контрагента. Потому что каждый видел свой фрагмент. А 187-я бьёт по связям между фрагментами.

Это не юридическая проблема и не бухгалтерская. Это проблема того, как устроен бизнес. Когда платёжные потоки, контрагентская политика и управленческие решения живут в разных мирах — бизнес ломается от первого серьёзного удара.

Когда те же потоки, те же решения, те же контрагенты — части одной системы, проверка эту систему не разрушает. Она подтверждает её логику.

<!-- [ПЕРЕЛИНКОВКА] Здесь вставить ссылку на первую статью серии «Антихрупкий бизнес» на Клерке, если опубликована -->

Ст. 187 — это не про «плохого» предпринимателя. Это про бизнес, который вырос быстрее, чем была выстроена его архитектура. И это можно починить — если смотреть на бизнес целиком, а не на каждый фрагмент по отдельности.

Частые вопросы о ст. 187 УК РФ

Какое наказание предусмотрено по ст. 187 УК РФ?

По ч. 1 — до шести лет лишения свободы со штрафом от 100 до 300 тысяч рублей. Это тяжкое преступление. По ч. 2 (организованная группа) — до семи лет. С июля 2025 года добавлены части 3–6 (дропперы): до шести лет со штрафом до миллиона рублей.

Есть ли минимальная сумма для возбуждения дела по ст. 187?

Нет. В отличие от ст. 199 УК РФ (уклонение от уплаты налогов), где требуется крупный размер от 18,75 млн рублей, ст. 187 не содержит порога. Судебная практика подтверждает: даже перевод на 5 000 рублей квалифицируется как отдельный эпизод тяжкого преступления.

Можно ли привлечь по ст. 187 и ст. 199 одновременно?

В текущей практике — да, суды принимают совокупную квалификацию. Однако существует обоснованная позиция, что платёжное поручение с ложным основанием — это способ совершения налогового преступления, и отдельная квалификация по ст. 187 в дополнение к ст. 199 недопустима. Вопрос до конца не разрешён; результат зависит от суда и качества защиты.

Что такое «интеллектуальный подлог» применительно к платёжному поручению?

Это платёжное поручение, в котором все реквизиты подлинные (подпись, печать, ЭЦП), но основание платежа не соответствует действительности. Например, указано «за консультационные услуги», а услуг не было. С 2022 года (Определение КС № 761-О) такое поручение признаётся поддельным в рамках ст. 187 УК РФ.

Как проверка контрагента защищает от уголовного преследования по ст. 187?

Формальная проверка (выписка из ЕГРЮЛ, ИНН) не защищает. Суды ожидают реальной коммерческой осмотрительности: проверку ресурсов контрагента, деловую переписку, привязку оплаты к конкретному результату. Если платёжное поручение подкреплено реальным исполнением, позиция защиты о добросовестности и об отсутствии умысла существенно сильнее.

Может ли бухгалтер стать фигурантом дела по ст. 187 УК РФ?

Да. Если бухгалтер формировал и направлял платёжные поручения с заведомо ложным основанием, он может быть привлечён как соучастник или исполнитель. На практике основной удар приходится на руководителя, но бухгалтер нередко проходит как свидетель с перспективой изменения статуса.

О том, как оценить свои риски, как структурировать свой бизнес без уголовных, налоговых, корпоративных рисков читайте в нашем тг-канале.