Правительство не будет ограничивать экспорт зерна в 2012 году
Премьер-министр РФ Владимир Путин сообщил сегодня в ходе встречи с вице-премьеров Виктором Зубковым, что ограничения на экспорт зерна вводится в 2012 году не будут.
Премьер-министр РФ Владимир Путин сообщил сегодня в ходе встречи с вице-премьеров Виктором Зубковым, что ограничения на экспорт зерна вводится в 2012 году не будут.
Премьер отметил: «Судя по всему, по той информации, которая есть у меня, никаких ограничений нам вводить в ближайшее время нет необходимости», сообщает пресс-служба правительства РФ.
Виктор Зубков сообщил премьеру «У нас хорошие переходящие остатки с учётом хорошего урожая прошлого года в 94 млн. т, плюс то зерно, которое мы имеем в наличии в интервенционном фонде. Мы полагаем, что на 1 июля текущего года у нас будет 15 млн. т зерна в стране, которые позволят нам обеспечить все внутренние потребности, поэтому ситуация сегодня на рынке стабильная. Цены приемлемые для сельхозпроизводителей, для потребителей – где-то от 5,5–6,5 тыс. рублей за одну тонну, т.е. приемлемые цены. В этой связи экспорт зерна, как Вы уже сказали, на текущую дату достиг 22 млн. т. У нас есть все возможности в этом году не проводить никаких ограничений на дальнейший экспорт зерна, который, как мы планировали и докладывали Вам ранее, может достигнуть 27 млн. т.».
Вместе с тем, вице-премьеру было поручено вести непрерывный мониторинг ситуации на рынке зерна.
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.