Текущий индекс потребительских цен в России составляет 2,3%
Федеральная служба госстатистики РФ сообщает, что за период с 25 по 31 марта 2014 года индекс потребительских цен в России составил 100,2%, с начала марта - 101,0%, с начала года - 102,3%.

Федеральная служба госстатистики РФ сообщает, что за период с 25 по 31 марта 2014 года индекс потребительских цен в России составил 100,2%, с начала марта - 101,0%, с начала года - 102,3%.
В ведомстве сообщают, что за прошедшую неделю цены на сахар-песок выросли на 1,2%, свинину, колбасу вареную, молоко стерилизованное, сметану, творог, рис, пшено и водку - на 0,4-0,7%.
Кроме того, прирост цен на плодоовощную продукцию в среднем составил 0,6%, в том числе на помидоры свежие - 3,8%, лук, капусту и картофель - 0,8-1,3%.
Вместе с тем, крупа гречневая и яйца стали дешевле на 0,1%. На 2,1% снизились цены на огурцы свежие.
Цены на бензин выросли на 0,2%, на дизельное топливо - снизились на 0,2%.


Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.