Недельная инфляция в РФ ускорилась до 0,4% на фоне роста тарифов на коммунальные услуги
Инфляция в России в период с 28 июня по 4 июля 2016 года ускорилась до 0,4% впервые за год.
Инфляция в России в период с 28 июня по 4 июля 2016 года ускорилась до 0,4% впервые за год. С начала июля рост потребительских цен составил 0,3%, с начала года - 3,7%, говорится в материалах Росстата.
Исходя из данных ведомства, в годовом выражении на 4 июля 2016 года инфляция снизилась до 7,2%. По итогам июля 2015 года показатель инфляции находился на уровне 0,8%, с начала 2015 года - 9,4%, пишет ТАСС.
За неделю с 28 июня по 4 июля 2016 года тарифы на коммунальные услуги увеличились на 3,4-5,5%, плата за жилье в домах государственного и муниципального жилищного фонда - на 3,4%.
Цены на сахар-песок выросли на 1,7%, куриные яйца - на 0,9%, гречневую крупу - на 0,7%, куры, мороженую рыбу, сливочное масло, маргарин, макароны, печенье, карамель, чай и соль - на 0,2-0,4%.
Вместе с тем говядина, свинина, рис и пшено подешевели на 0,1-0,2%.
Снижение цен на плодоовощную продукцию в среднем составило 1,5%, при этом на свежие помидоры и огурцы - 9,2% и 8,1% соответственно, на лук - 0,7%. В то же время белокочанная капуста подорожала на 4,1%, картофель - на 0,9%, яблоки - на 0,2%.
Цены на автомобильный бензин выросли на 0,3%, дизельное топливо - на 0,2%.
Тарифы на проезд наземным городским транспортом увеличились на 0,2-0,4%.
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.