За ПФР установят общественный контроль
ПФР сообщил сегодня о создании Общественного совета – постоянно действующего коллегиального совещательно-консультативного органа ПФР, главной работой которого станет общественный контроль за деятельностью Фонда, а также подготовка предложений
ПФР сообщил сегодня о создании Общественного совета – постоянно действующего коллегиального совещательно-консультативного органа ПФР, главной работой которого станет общественный контроль за деятельностью Фонда, а также подготовка предложений по совершенствованию законодательных и иных нормативных правовых актов РФ в вопросах, относящихся к компетенции ПФР.
В сферу деятельности созданного Общественного совета, в частности, входит:
Рассмотрение разрабатываемых проектов общественно значимых нормативных правовых актов.
Рассмотрение инициатив институтов гражданского общества по вопросам, относящимся к сфере ведения ПФР.
Проведение совместно с ПФР конференций и семинаров по актуальным вопросам практики исполнения законодательных и иных нормативных правовых актов РФ по вопросам, относящимся к компетенции ПФР.
Участие в обсуждении и решении общественно значимых вопросов, находящихся в ведении ПФР.
Участие в выработке предложений по реализации мер правовой и социальной защиты работников системы ПФР.
Взаимодействие с федеральными органами государственной власти РФ и общественными советами, действующими при них, по вопросам, находящимся в ведении ПФР.
Участие в мониторинге качества оказания государственных услуг ПФР. Участие в антикоррупционной и кадровой работе ПФР.
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.