ЦБ РФ представил проект порядка ведения кассовых операций
ЦБ РФ представил сегодня проект Положения «О порядке ведения кассовых операций с банкнотами и монетой Банка России на территории РФ».
ЦБ РФ представил сегодня проект Положения «О порядке ведения кассовых операций с банкнотами и монетой Банка России на территории РФ».
Проект размещен на сайте Центробанка для экспертизы в целях выявления положений, способствующих созданию условий для проявления коррупции
Документ определяет порядок ведения кассовых операций с банкнотами и монетой Банка России на территории РФ в целях организации наличного денежного обращения.
Положение распространяется на юрлиц, которые обязаны вести бухучет в соответствии с требованиями, установленными органами, которым предоставлено право регулирования бухгалтерского учета, а также на юридических лиц, перешедших на УСН, на ИП, а также на физических лиц, занимающихся в установленном законодательством РФ порядке частной практикой.
Документ устанавливает порядок организации работы по ведению кассовых операций, порядок приема и выдачи наличных денег, порядок ведения кассовой книги 0310004, а также обеспечения порядка ведения кассовых операций.
Проект отличается от ныне действующего «Порядка кассовых операций» существенно меньшей детализацией. Кроме того, в отличие от действующего «Порядка» он явно распространяет требования и на индивидуальных предпринимателей.
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.