Подоходный налог, уплаченный в Эстонии, не зачтут резиденту РФ в счет НДФЛ
Минфин РФ разъясняет необходимо ли уплачивать НДФЛ с доходов, полученных в Эстонии, если организация, которая перечислила доход, удержала подоходный налог по ставке данного государства - 21%.
Минфин РФ в своем письме № 03-04-05/8-852 от 02.11.2011 разъясняет необходимо ли уплачивать НДФЛ с доходов, полученных в Эстонии, если организация, которая перечислила доход, удержала подоходный налог по ставке данного государства - 21%.
Ведомство отмечает, что Конвенция между Правительством РФ и Правительством Республики Эстония «Об избежании двойного налогообложения и предотвращении уклонения от налогообложения в отношении налогов на доходы» от 05.11.2002 не была ратифицирована, в связи с чем до настоящего времени в силу не вступила.
Таким образом, налогоплательщик, являющийся налоговым резидентом РФ, при получении в 2010 году дохода от источников в Республике Эстония обязан включить такой доход в налоговую декларацию по НДФЛ, при этом сумма налога, уплаченная в Республике Эстония, при уплате налога в РФ не засчитывается.
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.