Под новые санкции США попали утюги, микроволновки и диктофоны
В новом перечне Минпромторга Штатов есть сразу несколько видов бытовой техники и электроники.
Об очередном этапе экономических санкций со стороны США сообщил ТАСС.
Согласно перечню Минпромторга США, под запрет на ввоз в Россию и Беларусь попали:
электрические проточные или накопительные водонагреватели;
электрические утюги;
микроволновые печи;
кипятильники, электрические кофеварки и тостеры;
линейные телефонные аппараты, беспроводные телефоны;
диктофоны;
стиральные и швейные машины.
А еще сушилки для белья, машины и аппараты для фильтрации и очистки воды, снегоочистители и снегоуборочные машины, газонокосилки, сельскохозяйственная техника.
— Дополнительные 1224 промышленных изделия, добавленные в список, теперь потребуют лицензии на экспорт или реэкспорт и передачу в пределах России и Белоруссии, — говорится в документе ведомства, добавленном в федеральный регистр.
Пока неизвестно, спасет ли ситуацию параллельный импорт.
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.