Договор залога может не предусматривать встречного исполнения
ФАС отклонил довод о наличии оснований для признания оспариваемого договора залога недействительной сделкой ввиду того, что договор залога не предусматривал никакого встречного исполнения, так как сделка была совершена безвозмездно.
ФАС Уральского округа в Постановлении № Ф09-9417/12 от 30.05.2013 отклонил довод о наличии оснований для признания оспариваемого договора залога недействительной сделкой ввиду того, что договор залога не предусматривал никакого встречного исполнения, так как сделка была совершена безвозмездно и никаких выгод должник не получил.
ФАС залогодателем может быть как сам должник, так и третье лицо. При этом закон не устанавливает требования о каких-либо обязательных возмездных отношениях между залогодателем и залогодержателем, если залогодателем является третье лицо. Договор залога, в котором залогодателем выступает третье лицо, обычно не предусматривает встречного исполнения.
Принимая во внимание вышеизложенное, вывод суда апелляционной инстанции в части признания договора залога недействительным по основанию, предусмотренному п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, не может быть признан достаточно обоснованным.
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.