Google внес в торренты «черный список»
Google предпринял попытки усилить в выдаче цензуру торрент-ресуров и файлообменников.
В рамках поддержания стратегии борьбы с пиратским контентом Google предпринял попытки усилить в выдаче цензуру торрент-ресуров и файлообменников. Примерно с января 2011 года, Google начал фильтровать поисковые запросы, связанные с нелегальным скачиванием из интернета произведений, являющихся объектами авторского или патентного права. В этой связи поисковик удалил из своего сервиса автоматических подсказок ряд известнейших ресурсов по скачиванию бесплатного контента.
Немного позднее они были удалены и из мгновенного поиска, а буквально на днях список таких ресурсов существенно расширился - в него добавились такие сайты, как BitTorrent Inc и RapidShare.
Таким образом, на сегодняшний день в немилости у Google оказались запросы по ресурсам: «thepiratebay», «the pirate bay», «isohunt», «torrentreactor», «btjunkie», «kickasstorrents», «sumotorrent», «btmon», «extratorrent» и ряд других. Ссылки на эти сайты по-прежнему появляются в выдаче основного поиска, однако для них недоступна функция автоматической подсказки (аutocomplete) и мгновенный поиск и (instant search), пишет searchengines.
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.