«Откройте полиция»: в офис пришли с обыском. Что делать в первые минуты и почему лучше меньше говорить?

Представьте обычное рабочее утро.

Кто-то уже налил кофе, бухгалтер открыла 1С, директор еще едет в офис. В этот момент на ресепшене появляются несколько незнакомых людей и говорят примерно следующее:

Следственное управление. Мы к вам с обыском.

Через несколько минут сотрудники уже расходятся по кабинетам, людей просят не покидать помещение, телефоны оказываются на столе, а директор судорожно пытается дозвониться адвокату.

В этот момент уже поздно гуглить «что делать при обыске». Лучше это делать заранее.

Я несколько лет работал следователем по экономическим преступлениям и проводил подобные мероприятия. Поэтому расскажу не о том, что написано в УПК, а о том, как обыск обычно выглядит в реальности и какие ошибки люди совершают именно из-за стресса.

Сразу оговорюсь: речь здесь только об обыске в рамках уже возбужденного уголовного дела. Налоговый осмотр, выемка ФНС, обследование помещения оперативниками и действия приставов — другие процедуры со своими правилами.

Если следственно-оперативная группа уже стоит у двери, сорвать обыск отказом открыть офис, скорее всего, не получится. Они либо уже находятся в сопровождении специалистов с устройствами взлома дверей либо готовы вызвать соответствующих специалистов.

Поэтому лучше не доводить до ненужного повреждения имущества без необходимости.

Особенно второй пункт часто недооценивают. Этот документ обязаны предъявить перед началом поисковых мероприятий и получить на нём вашу подпись.

Не надо читать постановление «наискосок».

Ошибки в постановлениях тоже встречаются.

Например, следственно-оперативная группа приезжает в ваш офис, а в документе указан соседний офис конкурента или другое хозяйственное помещение.

Если в постановлении допустили ошибку, сразу обыск это не отменит. Но если неверно указан адрес, то обыск проводить в вашем офисе не имеют права. У вас появляется дополнительное время, пока сотрудники разбираются с документами и адресом.

Отмечу, что обыск в нежилом помещении может быть проведен на основании постановления следователя, в производстве которого находится уголовное дело. Поэтому, если такой следователь сам приехал к вам, ему не составит труда написать новое постановление с корректным адресом, не отходя от ресепшена (если будет писать вручную на бланке). Но это займет определенное время.

А в подобных случаях даже дополнительные 10—15 минут иногда позволяют адвокату успеть приехать не к концу обыска, а хотя бы к его началу.

Одна из самых неприятных особенностей таких мероприятий — их проводят внезапно и к ним серьезно готовятся. На профессиональном жаргоне это называют «Реализацией».

Смысл тут такой: если сначала прийти к директору, а через два часа к бухгалтеру, бухгалтер за эти два часа успеет узнать о происходящем.

Поэтому группы стараются заходить одновременно в ранее утреннее время.

Неподготовленные к такому мероприятию люди обычно пытаются понять: «Что сейчас вообще происходит» и порой могут допустить лишние высказывания, которые сыграют против них.

Сотрудники правоохранительных органов же пришли с пониманием того, что именно они хотят найти. А если они получают дополнительную устную информацию, они будут её обязательно фиксировать.

Здесь многое зависит от уголовного дела (по какой статье уголовного кодекса и по каким обстоятельствам оно возбуждено).

Но в экономических делах набор довольно предсказуем.

В первую очередь интерес вызывают компьютеры людей, которые принимают решения или работают с деньгами и документами: директора, главного бухгалтера, финансового директора, сотрудников бухгалтерии.

Могут заинтересовать ноутбуки, смартфоны, серверы, накопители и другая техника.

Причина очевидна: сейчас большая часть доказательств существует не в бумажных папках, а в переписке, таблицах, учетных программах и электронных документах.

Договоры, первичка, бухгалтерские документы, внутренние распоряжения.

Причем иногда документ интересен следствию совсем не потому, что в нем написано.

Например, договор или приказ с подписью руководителя может понадобиться как сравнительный материал для последующей экспертизы.

Для экономических дел это классика.

Если следствие проверяет происхождение документов, ему может быть важно установить, какой печатью они заверялись и кем наносилась подпись.

Поэтому коробка со старыми печатями, которая несколько лет лежала в шкафу бухгалтерии, внезапно может оказаться весьма интересной.

Это один из самых обсуждаемых в сети моментов.

Сотрудника могут попросить разблокировать телефон или сообщить пароль. Но просьба сообщить пароль и юридическая обязанность сделать это — не одно и то же.

Если телефон представляет интерес для расследования, отказ добровольно сообщить код сам по себе не означает, что устройство оставят владельцу. Его могут изъять и исследовать другими способами (включая проведение специальной экспертизы).

Поэтому я бы не устраивал вокруг телефона отдельное противостояние и тем более не пытался в процессе обыска что-либо удалять.

Это вообще плохая стратегия во время следственного действия: попытка срочно уничтожить информацию способна создать гораздо больше проблем, чем сама информация.

Однако стоит помнить, что не любую технику могут взломать. Та же самая техника с логотипом в виде «откусанного яблока» свежих годов выпуска не поддается взлому. Но тут нужно затруднить сотрудникам применить хитрости. Например, нужно убрать функцию Face ID, чтобы ваш телефон не разблокировали просто поднеся его к вашему лицу.

Пока адвокат не приехал, дверь не открываем.

Обычно люди думают так. Проблема в том, что наличие двери не дает компании права остановить законно проводимый обыск. 

Тем более, что, как я ранее уже упомянул, сотрудники правоохранительных органов зачастую уже подготовлены к противостоянию и готовы взламывать замки.

И закон позволяет при производстве обыска вскрывать помещения, если владелец добровольно их не открывает, при этом не должно допускаться не вызываемое необходимостью повреждение имущества.

Если вы не находитесь в титановом бункере в условной «бэтпещере», то превращать дверь или сейф в последнюю линию обороны особого смысла нет. Гораздо полезнее потратить это время на адвоката и контроль самой процедуры.

Обыск в жилище по общему правилу проводится по судебному решению.

Но есть исключение.

Если ситуация, по мнению следствия, не терпит отлагательства, отдельные следственные действия могут быть проведены на основании постановления следователя без предварительного получения судебного решения. После этого будет последующий судебный контроль по правилам ст. 165 УПК РФ, то есть следователь уведомит судью о таком обыске, а судья признает его либо законным, либо нет.

Поэтому тут не будет работать фраза:

У вас нет решения суда, значит, домой я вас не пущу!

В любом случае важно понять, на каком именно основании проводится обыск. А если вы не согласны с его законностью, его всегда можно обжаловать.

Человек видит, что сотрудники при обыске нашли договор, и пытается помочь с комментарием:

Да это вообще старый договор. Мы по нему ничего не делали. Его Петров готовил. Он тогда еще через другую фирму работал…

Человеку кажется, что он снимает с себя подозрения, а для следствия эта информация может помочь выявить что-то не в вашу пользу.

Во время обыска задача следователя состоит не только в том, чтобы физически найти документы и предметы. Любая добровольно сообщенная информация тоже может иметь значение для дальнейшего расследования.

Причем проблема разговорчивости в том, что человек находится в стрессе и еще не знает всей картины дела.

То, что кажется ему безобидным комментарием, через месяц может оказаться частью версии обвинения.

Поэтому правило довольно простое: не пытайтесь во время обыска самостоятельно проводить собственную защиту.

Для этого есть адвокат и последующая процессуальная работа.

Полезно фиксировать и сам ход обыска.

Память после нескольких часов такого мероприятия — не самый надежный источник.

Тем более обыск может продолжаться долго, и к его окончанию люди готовы подписать практически что угодно просто потому, что хотят домой.

По окончании следственного действия составляется протокол.

И вот его надо действительно прочитать. Не пролистать. Не спросить:

Здесь все стандартно?

А прочитать.

Особое внимание уделите перечню изъятого имущества и документов, описанию действий сотрудников и собственным пояснениям участников.

Если вы с чем-то не согласны, это нужно ПОДРОБНО отражать в замечаниях к протоколу.

Если места не хватает, замечания можно изложить отдельно и указать в протоколе, что они прилагаются на отдельном листе.

И обязательно получите свой экземпляр протокола.

Не надо заранее расписываться в графе в самом конце протокола о получении его копии, если никакой копии у вас еще нет.

Звучит элементарно. Но после нескольких часов обыска именно на таких элементарных вещах люди и ошибаются.

Когда в офис заходят сотрудники правоохранительных органов, предприниматель обычно думает: как остановить обыск?

Но если мероприятие началось, то полезнее думать: как не ухудшить свое положение за следующие несколько часов?

Сам обыск может закончиться вечером.

А вот последствия фразы, сказанной между делом у бухгалтерского шкафа, или подписи под неверно составленным протоколом способны остаться в уголовном деле на годы.

Поэтому при обыске главная задача бизнеса не устроить красивое сопротивление следственной группе.

Главная задача проста: не подарить следствию дополнительные доказательства собственными руками.