Требование по статье 61.12 Закона о банкротстве считается почти арифметически: берут обязательства, возникшие после истечения срока на подачу заявления и до возбуждения дела, и предъявляют их руководителю. Возражать общими словами тут бесполезно - отвечать приходится цифрами и документами.
Разберу дело, в котором конкурсный управляющий и кредитор предъявили 57 679 136 рублей 95 копеек солидарно трём руководителям управляющей компании, сменявшим друг друга, и получили отказ в полном объёме. Требования уточнялись, и в окончательной редакции их предъявили только этим троим. Логика защиты в этом деле общая и за пределами коммунальной сферы работает так же.
Что предъявляли
Заявители определили для каждого руководителя свою дату, к которой, по их мнению, возникла обязанность обратиться в суд: в 2014, 2015 и 2016 годах. Ни один из них в суд не обратился - следовательно, все трое отвечают солидарно за обязательства, возникшие с первой из этих дат и до возбуждения дела о банкротстве.
Расчёт строился на реестре требований кредиторов, отсечённом по этим датам. Спор поэтому шёл не о размере, а о том, были ли в эти даты признаки банкротства, доказана ли сама дата возникновения обязанности и могли ли руководители о ней не знать.
Довод первый: деньги на счёте компании ей не принадлежали
Плата, которую жители вносят за коммунальные услуги, имеет целевое назначение — оплату услуг ресурсоснабжающих и обслуживающих организаций. Управляющая организация, получающая такую плату, рассчитывается за ресурсы с теми, с кем у неё заключены договоры ресурсоснабжения (ч. 6.2 ст. 155 Жилищного кодекса).
Сами платежи подлежат перечислению в пользу ресурсоснабжающих организаций и регионального оператора не позднее рабочего дня, следующего за днём поступления платежей потребителей (п. 6 Требований к осуществлению расчётов за ресурсы, необходимые для предоставления коммунальных услуг, утверждённых постановлением Правительства РФ от 28.03.2012 № 253).
Отсюда и главный вывод, который сделал суд: управляющая компания, выступая посредником между потребителями и ресурсоснабжающей организацией, является транзитным звеном; поступившие от населения средства не являются имуществом должника и не могут быть направлены на погашение кредиторской задолженности в процедуре банкротства.
Отдельно учтена специфика деятельности: управление многоквартирными домами связано с постоянным формированием кредиторской задолженности, оплачиваемой за счёт поступлений от населения, и доходным этот вид деятельности не является.
Довод второй: цифры показали обратное - долг гасился
Самая убедительная часть защиты оказалась бухгалтерской.
По справкам о расчётах за весь период отношений по одному договору теплоснабжения оплачено почти 189 млн рублей, по второму - несколько миллионов; значительная часть задолженности погашена именно в спорный период и продолжала погашаться в процедуре банкротства. По одному из судебных решений в реестр вошла примерно пятая часть взысканного основного долга - остальное погасили до включения.
Отчётность показывала рост активов и позднее появление долга: финансовые и другие оборотные активы за три года выросли вчетверо, а кредиторская задолженность в балансе появилась только за последний из них.
Этот вывод суда к коммунальной сфере не привязан: само по себе наличие у общества кредиторской задолженности не является основанием для обращения руководителя с заявлением о банкротстве и не свидетельствует о намеренном создании неплатёжеспособного состояния, поскольку структура активов и пассивов баланса находится в постоянной динамике в связи с осуществлением хозяйственной деятельности.
Довод третий: средства похищены, и это установлено приговором
Средства, предназначенные для оплаты коммунальных ресурсов, из компании похищались - в том числе в то время, к которому заявители относили возникновение признаков банкротства. Хищение установлено вступившим в законную силу приговором районного суда. Из приговора следовало, что одного из ответчиков о хищении в известность не поставили, а его полномочия были ограничены производственной деятельностью, без вмешательства в финансовую.
Довод четвёртый: бухгалтерию изъяло следствие
Бухгалтерия должника была изъята при обысках по уголовному делу, ещё до возбуждения дела о банкротстве, и, по ответу органов внутренних дел, в связи с продолжающимися следственными действиями возвращена быть не могла.
Вывод суд сформулировал прямо: при фактическом отсутствии у руководителей бухгалтерской документации за спорный период объективное финансовое положение должника установить невозможно, что свидетельствует об отсутствии противоправности и вины в их бездействии.
Что взять в работу
Суд в итоге указал, что материалы дела не позволяют определить дату возникновения у руководителей обязанности подать заявление о банкротстве, а все их действия были направлены на преодоление кризиса в обычной хозяйственной деятельности.
Защита по статье 61.12 собирается из документов, а не из объяснений. В этом деле сработали четыре группы доводов: нормативное обоснование природы денег на счёте; платёжные справки и динамика реестровых требований; приговор, которым установлено хищение средств должника; ответ органов об изъятии документов.
Для бухгалтерии практический вывод простой. Справки о расчётах за весь период отношений и сопоставление «взыскано по решению - включено в реестр» — это не вспомогательные бумаги, а основное доказательство в будущем споре о субсидиарной ответственности. Собирать их стоит до того, как такой спор начнётся: после изъятия или утраты документов восстановить картину несравнимо труднее.
Дело № А57-1579/2016, Арбитражный суд Саратовской области, определение от 01.11.2019, в привлечении отказано в полном объёме. Приведён результат одного дела с его обстоятельствами; исход другого спора зависит от фактуры и доказательств.
Разборы практики по банкротству и субсидиарной ответственности - в телеграм-канале https://telegram.me/bankrot_Kulichenko
Куличенко А.М., юрист, арбитражный управляющий, реестровый № 23976. В деле представлял одного из ответчиков.
